Локумтен

Однако у сердаров хоть облик людской, но почему здесь не боятся демонов? Филя испугала какая-то мелюнга так, что он до сих пор избегает смотреть в сторону грота, а эти говорят о демонах как об одичавших домашних животных. Эша даже замковый мост не хочет поднимать, будто не вчера вынесли из леса страшилище под видом волка.

И вообще это место неизвестно где находится, и говорят тут на языке без названия, пусть он похож на латинский. Крупному торговцу без латинского не выжить, Филь убеждался в этом не раз.

А местному народу он зачем, если они утверждают, что живут на другом конце земли? Тем не менее вся семья Фе, как один, свободно говорила на латинском.

Нет, нельзя ему домой, решил он. Разобраться надо сначала, что тут и как. Вот вернутся все в замок, и пойдёт он отсюда разбираться. С людьми говорить, с теми же пастухами, учиться пользоваться Арпонисом. А потом можно и домой. Главное – держаться подальше от семейки Фе, чтоб опять не закабалили. И мешок не забыть забрать, и лучше прямо сейчас.

То, что можно сделать завтра, нужно делать сегодня.

Филь пробежал по мосту мимо Эши и, не обращая внимания на её окрик, понёсся к Дозорной башне. Небо на востоке уже розовело. Госпожа Фе говорила, что обратно они отправляются с восходом солнца, плюс восемь-десять часов, так что он успеет поесть и отнести мешок в грот. Филь был спокоен: он знал, что должен делать, и по-другому быть просто не может.

Когда он бежал назад, опять прогудел тревожный колокол, а следом из-под покрова леса вынесся конный.

Лошадь под ним была в мыле, сам он выглядел не лучше. Всадник влетел по мосту во двор и бессильно сполз с седла.

– Флавиона убита! – выдохнул он, принимая крынку с водой из рук подбежавшей к нему Эши. – Когда уже шла под мечами…

Опустошив крынку, он добавил:

– Среди державших мечи оказался сердар, он снёс ей голову.

Толкавшиеся во дворе солдаты переглянулись. Эша ахнула:

– А что с Мастером? Он тоже должен быть там!

Прибывший глянул на неё, будто только сейчас заметил.

Лицо у него сделалось растерянное.

– Девочка, – сказал он, кладя ей руку на голову.

Эша сбросила его руку, почти ударив по ней:

– Я спрашиваю, что с моим отцом!

– Господин Фе погиб.

Лицо Эши стало одного цвета с сорочкой, и, не успел никто ничего предпринять, она мешком повалилась на землю.

6

Успехи мальчика в познании были выше средних. Он не блистал анализом, но удивлял способностью к синтезу.