Фамильяр

Лана уже тут и осматривала прутья решетки. Вокруг нас замшелые каменные стены, а единственным источником света было небольшое зарешеченное окно, сквозь которое пробивались полоски зеленоватых солнечных лучей. Очень романтично.

– Старый козел. Давно меня так никто не унижал и не выводил из себя. Что он себе позволяет? – сразу же спросила она, поворачиваясь ко мне. Я посмотрел на свои руки – становые кандалы исчезли. Тут они нам больше не нужны.

– Ты молодец, – похвалил я ее и полез в инвентарь за набором отмычек.

Тут-то они мне и пригодятся.

– Мы в Чертогах боли? – спросила девушка.

– Видимо, да. Никогда тут не был, если честно, – признался я. – Эту локацию строил лично Костя, я только план постройки на картинках видел, когда они с Олесей обсуждали. Поганое должно быть местечко. Одна надежда, что я проснусь утром и расскажу об этом инциденте Косте, и Ираэль вытащит нас отсюда уже следующей ночью.

Я стал внимательно осматривать замок на двери. Какой-то сложный механизм. Я замки никогда в своей жизни не вскрывал и понятия не имел, куда эти отмычки суются.

Сложно было, что ли, автоматическую сделать? Без реального навыка мне тут делать нечего, я поковырялся в замке для приличия и опустил руки. Вот будет чем в реале потом позаниматься.

– А тут не так уж и плохо. – Лана прошлась по небольшой камере. – Две охапки сена и, собственно, все, даже кроватей нет. Света совсем мало и зловещая мрачная атмосфера. Ух, меня это даже возбуждает. Как повезло, что мы попали в одну камеру, не находите?

– Не начинай, пожалуйста.

 – Я снова полез в замок, но краем глаза заметил, что Лана уже снимает с себя одежду. А что, если сделать иначе? Я достал банхаммер и ударил им по двери, но та не поддалась. Отлично! Спасибо, Костя, за очередную недоделку! Уверен, что молотки полицаев открывают любые двери, даже магические. Последний шанс вылезти из этой камеры улетучился.

– Сергей Викторович, предлагаю провести время с удовольствием и пользой, а заодно сбросить весь накопившийся негатив, – послышался чарующий голосок.

 – Обычно в сказочных тюрьмах должны доноситься стоны и крики несчастных жертв, но мы наполним эту камеру совсем другими звуками.

Я пнул ногой по решетке, как будто это могло помочь, и убрал свой банхаммер. До конца сна оставалось примерно два часа, и лучше уж сразу ублажить свою спутницу и проснуться, чем отмахиваться от ее настойчивых ласк в ограниченном пространстве. С легкой неохотой я полез в инвентарь и стал снимать одежду.