Перекрёстки, духи и руны

От мыслей о доме, как об оазисе защищенности, крепости стен, ей стало легче, словно она уже оказалась в нем, в каменной броне родных стен.

Пять рабочих часов пролетели быстро. Бросив взгляд в окно, она заметила, что стало смеркаться, обрадовавшись и с облегчением выдохнув, только бы покинуть это место, она стала собираться, но тут возле ее стола вдруг появилась габаритная фигура с улыбающимся лицом.

– Гоша? – удивилась она, глядя на водителя и курьера, уже успевшего вернуться обратно.

– Это вам, Юлия, – явно скромничая, прошептал он, положив ей на стол шоколадку.

– Спасибо, – вежливо улыбнулась Юля. «Вот приставучий детина, только тебя мне сегодня не хватало. Как объяснить, что я с детства не люблю шоколад, сказать – обидится, не сказать… Да лучше ничего не говорить», – немного подумав, решила она.

– А в честь чего презент? – спросила Юля, причем голос, весь день сдерживающийся от внутренней агрессии, прозвучал слишком строго и холодно, так что выражение «счастливого дурака» просто смылось с лица Гоши.

– Просто так, – промямлил тот. – Вы сегодня такая красивая.

«Да ладно, я красивая, что за день сегодня? Спокойно, Юлия, держи себя в руках, не надо отыгрываться на бедном Гоше».

– А что, я обычно страшная? – спросила она тем же голосом и искренне надеясь, что парня сейчас просто сдует.

– О нет, я ничего такого не хотел сказать, извините, Юлия, мне пора! – протараторил Гоша и быстро ретировался.

И тут ее как прорвало, долго сдерживаемые эмоции выплеснулись на волю истерическим смехом и болью в животе от бессилия остановить этот смех, который, как терапия измученных нервов, шел из глубины души, давая грубому физическому телу порцию эндорфинов.

Утерев слезы радости, она, спешно убрав документы по ящикам и выключив компьютер и свет, вышла на улицу. Падал легкий снежок, городом владели безмятежность и спокойствие, свойственные последнему дню недели, пятнице.

Истерический смех, немного поднявший ее настроение, вся эта суета и кошмар прожитого дня отошли, вторя атмосфере города, на второй план – темных закоулков души, жаждущих забвения, только вместо спокойствия и неги пришла пустота, пустота «пустой квартиры и одиночества», когда спешить домой не имеет смысла, а жизнь теряет свое сакральное значение любить.

Сладостный реализм сна

Когда человек спит, нечто в его сознании позволяет ему понять, что все происходящее – это сон.