Невысоклики. Морская пена

Насладившись впечатлением, паромщик успокоил старого друга:

– Да не дрейфь, салага! Убили меня в морской баталии, закопай её морж. Я теперь, понимаешь, дух, три венка мне на шею. Да, кстати, тебе привет от твоих девчонок.

Услышав эти слова, Уткинс в момент забыл, что говорит с привидением и попытался пуститься в пляс.

– Мои доченьки, мои лапоньки! – восклицал он.

– Да тише ты, танцор ракушечный, – шикнул Брю, – соседей разбудишь! Вы тут прямо рехнулись все. Дальний Бибус поёт, а ближний Уткинс пляшет.

Цирк, да и только!

Паромщик бросил взгляд на открытую форточку, и она тут же захлопнулась. Кривой Кид под окном только хрустнул зубами с досады. Но и того, что он уже увидел и услышал, хватило бы для приговора к пожизненной маршировке на плацу десяти Уткинсов.

Тем временем Брю продолжал:

– Я явился с того света не для того, чтобы приятелей вразумлять. У меня важное сообщение для вашего Совета, трап ему под ноги, только вот как его сообщить – не знаю. То ли самому на Совет явиться, то ли тебя послать доложить Магистру невысокликов.

При этих словах паромщик поправил ранец, в котором лежало убившее его ядро. Волшебный ранец придумала Тина, и покойный был бесконечно признателен ей за это. Ядро появлялось по желанию, когда дул ветер и призрак собирался передвигаться без посторонней помощи. То же самое происходило и в воде, при течении или волнах. Дело в том, что привиденческие свойства Брю немного отличались от свойств его, так сказать, товарищей по цеху.

Он был не на все сто нематериален, а немного меньше. Видимо, из-за того, что хоть и не всегда, но носил защитный медальон. При штурме Ласиоты паромщик по-стариковски просто забыл его надеть. Потому и погиб.

Накануне Брю и Брюгай совершили целое путешествие, облетев для начала южное побережье от Дидуина до реки Из. И не зря. На плато у моря они обнаружили то, что искали – лагерь уклистов. Пронесясь у "синих сутан" над головами, разведчики подметили самое главное – Горха среди них не было, а значит, его надо было искать у морков.

– Полунд-р-р-а, воры! – закричал Брюгай, подлетая к Гарденхаллу. На его ещё дымящихся руинах во множестве копошились чёрные фигурки. В стороне от поверженной крепости виднелось стойбище Орды и шатры ханов. Снизившись, попугай приземлился в ближайшем перелеске.

Теперь требовалось проникнуть во вражеский стан. Вызвав ядро в ранец, загробный Брю осторожно двинулся к лагерю морков.