Индекс туманника

Впрочем, в предутренние часы Туман традиционно сгущается, потому уже через пару кварталов мне пришлось отказаться от своей затеи – приходилось и под ноги внимательно смотреть, и за дорогой следить. Благо еще, что на Кирзаводе туманники желтой краской подписывали адреса на стенах или заборах крайних домов каждого квартала. Здесь сложно заблудиться.

А вот за Букпинской уже пошла совершенно дикая территория – никаких адресов и предупреждающих знаков, живописные нагромождения из подгнивших в условиях постоянной сырости деревьев, столбов, заборов, ржавые корпуса брошенных автомобилей, обрушающаяся со стен домов штукатурка и обломки шифера с разваливающихся крыш.

Ну, и не растревоженные логова туманных тварей.

Я выбрался на Бытовую, и здания дружно расступились в стороны от дороги. Здесь не было частного сектора, только предприятия. Можно было считать, что промзона при железнодорожных путях начинается именно отсюда. Направление я держал исключительно по асфальтовому полотну – Туман совершенно скрывал все, что располагалось по сторонам от него.

Идти стало проще, поскольку на дороге лишь изредка попадались верхушки дотянувшихся сюда в падении тополей, да пару раз пришлось обходить ржавые автомобили.

Достигнув Т-образного перекрестка, я на минуту остановился перевести дух и проверить амуницию. Данная развилка являлась одним из главных ориентиров этой части пути и означала, что за моей спиной уже остался третий автопарк, а впереди как раз поджидал «обезьяний город». Время шесть семнадцать, нормально, бандерлоги еще должны спать.

Похвалив себя за правильно выбранный маршрут, я отправился дальше, но уже спустя несколько минут был вынужден, ругаясь на чем свет стоит, прятаться на левой обочине – впереди показались светлячки мотоциклетных фар.

Два байка неторопливо прокатились мимо меня и на Т-образном перекрестке свернули направо. Неужели дачники теперь патрулируют границы Федоровки на постоянной основе? Не было печали! И откуда же бензинчик? Ох, не нравится мне это!

Снова выбрался на дорогу, прислушался – тишина.

Дай бог, чтобы патруль был последней неприятной неожиданностью на сегодня!

Через минуту сквозь туман проступили очертания бетонного забора – «обезьяний город». Днем здесь стоит невообразимый гвалт, а все окрестности кишат вышедшими на промысел бандерлогами. Так что ходить в такой близости от облюбованной тварями базы отваживаются либо большие отряды, либо вооруженные автоколонны. Но сейчас все тихо.