Воспитание ангела. Сборник повести и рассказов

А может быть ему просто не везёт сегодня, может быть карма какая-то разыгралась. Ладно, посмотрим. Для чистоты эксперимента…

– Понятая, – он протянул руку к Елизавете, – разбинтуйте ему руку.

Елизавета охнула и подалась назад.

– А может быть, я?

Холин незаметно для всех оказался рядом с Ильёй.

– Ну, значит, вы, – хмуро согласился Сиротин.

Холин осторожно и, как показалось Илье, намеренно медленно стал разматывать бинт. Илья со страхом смотрел на свою руку. Она почему-то начала побаливать. Когда оставалось всего несколько витков, Илья побледнел и был готов потерять сознание.

Вдруг он заметил, как при очередном обороте из бинта вылез паук, подмигнул Илье, снова помахал лапкой и неожиданно исчез в рукаве рубашки Холина.

Илья от волнения на мгновение отключился, а когда открыл глаза, увидел как Холин, улыбаясь, показывает всем собранную в комок белоснежную ленту. Когда он проносил её мимо Ильи, из складок выпала большая щепка.

Матрёна быстро подобрала её и спрятала под передник.

Сиротин был раздавлен. Он молча протянул Холину паспорта, забрал протянутую Матрёной фуражку, не заметив, надел задом наперёд, и медленно пошёл к "Уазику". Но вдруг остановился.

– А тогда зачем доктор приезжал? – быстро спросил он.

– Так Илье вдруг плохо стало. Видать, испугался малец, – без тени смущения ответила Матрёна.

– А бинты с какого… наложил?

– Так ты, это… у доктора самого и спроси, он нам не объяснял.

Сиротин сплюнул на собственную тень, крутанул фуражку на голове, приложил два пальца ко лбу, поверяя по уставу положение козырька.

– Ну ладно, я пошёл.

– Да уж, иди, сынок,—сочувственно вздохнула Матрёна. – Может, водички?

Сиротин сверкнул глазами на бабку и тяжело уставился на Илью.

– Ещё увидимся, парень.

Потом повернулся к Холину.

– Вы уж не держите зла, Иван Виленович. Служба, сами понимаете.

– Да что там. Всякое бывает, – засветился искренней доброжелательностью боксёр, – вот помню в Гондурасе…

– Да уж.

Но у нас, к сожалению не Гондурас, – тяжело вздохнул Сиротин. – Вас подвезти до станции.

– Ну что вы. Я же говорил, у меня машина.

"Уазик" скрылся за поворотом. Холин протянул руку Илье.

– Давай прощаться, Илья ибн Викторович Шторц.

Илья храбро протянул правую, чудесным образом выздоровевшую руку, но едва не отдёрнул её, когда Холин начал сжимать ему пальцы.

– Ничего, дружок, – улыбнулся Холин. – Пройдёт. В науке это называется «фантомные боли».