Нелюдь. Время перемен

– Мне что, вас здесь всех сразу на куски порезать? – вскипел я, когда очередной парень прошелся по поводу отличного качества моего плаща.

– Эй, Нелюдь, не кипятись, – сказал высокий щуплый подросток, когда разглядел, на кого наехал. – Мы же не знали, что это ты! Ты же без вышивки ходишь! Так и не понять, что за человек-то перед тобой!

– А я не человек! – сплюнув себе под ноги, сказал им и вспомнил, что действительно, нашивки на одежде должны быть, чтобы можно было узнать, к какой банде относится человек.

Оглядев ребят, я увидел, что они немного трусят, но стараются не показывать этого.

– Проведите меня до выхода из трущоб, и мы забудем о нашем маленьком недоразумении.

Не выслушав ответа ребят, стремительно пошел вперед прямо через них, парни дали мне пройти, а потом без разговоров направились следом.

«Все-таки репутация у меня в трущобах просто замечательная, – подумал я, – жаль только, что для ее поддержания мне нужно избивать людей. – Через некоторое время после молчаливых размышлений в голову неожиданно пришла очень интересная мысль: – А что если через парней запустить несколько слухов про меня? Тогда и бить никого не придется, и репутация станет еще жестче».

На выходе из трущоб я остановился и, повернувшись к сопровождающим, произнес. – Надеюсь, больше у нас не возникнет недопонимания, а если мы и встретимся когда-нибудь, то только для того, чтобы посидеть в хорошей компании.

– Мы тоже надеемся, – сказал главный, и я, кивнув всем, усилил слух и пошел дальше.

– Я слышал, что он полный отморозок, – донесся голос говорившего со мной парня.

– Нет, – сказал третий голос, – он полностью отсаженный. – Я помню его драку с Горбатым на арене, да и остальные его драки, которые видел. Там же было просто море крови! Он же псих! Говорят, что, когда он калечит людей, весело улыбается!

– Да врут! – убежденно сказал еще один голос, – у него в это время лицо вообще не меняется, как будто он не живой!

– А нас тогда почему не тронул? – скептически спросил тот, который разговаривал со мной.

– Да, наверное, уже убил сегодня кого-нибудь – вот и стал добреньким.

Закончив подслушивать, я мысленно посмеялся над последними словами, сказанными совершенно серьезным тоном. Хотя, если честно, слово «калечит» осело на моей душе скверным осадком. Не хотелось мне умышленно делать людей инвалидами, но я понимал, что пока по-другому нельзя, конечно, если хочу выжить и достигнуть поставленных перед собой целей.