Свидетельство силы

 – И полковнику Егорчеву отлично известно, что здесь проводилась совместная операция Департамента имперской безопасности и Церкви Спасителя, в которой Иван Егорович выступал консультантом, оказывающим практическую помощь.

– Пару оговорок, – произнес генерал, заглядывая инквизитору в глаза. – Во-первых, ведомства республики не согласовывали подобные действия. Во-вторых, ваша обязанность – оказывать помощь в поимке демонопоклонников, а не штурмовать резиденции наших коллег. В-третьих, вы не представились.

– Викарий Агафодор, – блеснул глазами инквизитор. – Князь Морозов был абсолютно прав, когда указал Егорчеву на присутствие демонопоклонников на высоких государственных должностях. Я, в свою очередь, могу констатировать, что дела обстоят еще хуже.

В следующую секунду часть каменного забора рядом со взорванным проемом обвалилась, и присутствующие увидели огромную серую фигуру, закованную в лед.

– Это и есть ваш коллега! – жестким тоном заявил инквизитор. – А те, что рядом, его родственники.

У вас еще есть вопросы относительно обоснованности наших действий?

Генерал поиграл желваками, бросил взгляд на Егорчева и произнес:

– Полковник. Оставляйте здесь оперативную группу и оцепление. Остальные по рабочим местам.

«Странно, что он даже не проверил личность носортула и не удивился виду Замятинского, – подумал я. – Или это оттого, что он владеет какой-то информацией?»

– Господин генерал, – произнес Егорчев и со злым торжеством посмотрел на меня, – у нас ордер на арест гражданина Морозова!

– Давай его сюда! – велел Илья Миронович и, бросив быстрый взгляд на документ, сложил его и спрятал в карман.

 – Прошу прощения, Иван Егорович. Видимо, произошла какая-то ошибка.

– Н-но!.. – попытался было дернуться полковник и, наткнувшись на злой взгляд генерала, тут же замолчал.

«Что это сейчас было?» – стараясь не показывать удивления подобным поворотом, подумал я.

В добрых самаритян я уже давно не верил.

Как и в то, что городской полицейский начальник решил разобраться и защитить несправедливо обвиненного князя. Да и на благодарность, что я раскрыл ренегата в рядах правозащитников, это тоже не похоже. А значит, в самом ордере было что-то интересное, что могло бросить тень на Шинкарева или на кого-то из его товарищей.

Егорчев кинул на меня злой взгляд и ушел раздавать указания, а генерал вместе с инквизитором двинулись к еще замороженным Замятинским.