Свидетельство силы

ГЛАВА 1

Со времени убийства когнийского президента на благотворительном балу прошло уже больше недели. И за эту неделю произошло довольно много событий.

В Заславле было введено военное положение и комендантский час с двадцати вечера до семи утра, город наводнили полицейские и армейские патрули, место исполняющего обязанности главы государства временно занял премьер-министр, а магнатские роды поспешили засесть в своих максимально укрепленных поместьях и резиденциях. Никому не хотелось стать жертвой спятивших демонопоклонников и подчиненных им тварей.

Кроме того, за это время меня и всех выживших в зале допросили раза так по три. Моих телохранителей во главе с Феофаном также не забыли. Они вместе с парой десятков охранников местных селебрити приняли на себя основной удар. Думаю, лишь профессионализм этих ребят позволил значительной части гостей спастись. Хотя, как мне показалось, слишком уж многие остались целы и невредимы в той мясорубке. У меня даже появилось подозрение, что демоны их просто не тронули.

Вероятно, к тому же мнению пришло и следствие, из-за чего и было столько вопросов.

К сожалению, в сражении, которое произошло под стенами музея, мы безвозвратно потеряли одного витязя. Все остальные бойцы и маги были тяжело ранены, а двое и вовсе лишились конечностей. Благо, что на целебных зельях я не экономил, так что и жизнь, и здоровье удалось сохранить всем.

Удар демонопоклонников оказался неожиданным и страшным. Это был хороший пинок представителям республиканской власти, которые тут же принялись суетиться, раздувать щеки и грозить силовому блоку различными карами.

К делу подключились император Изяслав, танзинийский король, глава Халифарского союза и патриархи Церкви Спасителя этих стран. Республике был выставлен ультиматум, по которому Заславль на законном основании заполонило большое количество безопасников и дознавателей инквизиции.

Несмотря на то что несколько дней назад комендантский час отменили, ситуация оставалась крайне напряженной.

Для меня в том числе. Специалистам из союза, да и местным безопасникам показалась подозрительной битва с Цыбулькиным и произошедшая перед этим встреча в театре. Напрягла их и моя реакция во время теракта в музее. Оказалось, что я был одним из первых, кто сумел правильно среагировать на опасность. Что лишь усилило подозрения в отношении моей персоны. Благо, что до предъявления обвинений не дошло. Хотя тяжелые и полные недоверия взгляды я теперь чувствовал постоянно.