Свидетельство силы

 – Вы ведь не забыли, что есть еще кукловод, который с неизвестными целями пытался организовать ваш арест?

– Не напоминай! – зло произнес наставник и с раздражением спросил: – Где эти недоумки сидят?! В подвале? Сейчас я им покажу, как влезать в дом Морозовых и лишать советника рода законного отдыха.

Также решив утолить любопытство, я направился вслед за Феофаном. Шли мы недолго, и уже скоро перед нами открылась окованная железом дверь. В нос тут же ударили миазмы дерьма, мочи, крови и страха.

Я, конечно, привычный ко многому, в том числе благодаря Феофану, однако картина искромсанных на части неизвестных, больше похожих на куски говорящего мяса, лежащие в зловонной луже, а также мирно сидящая на стуле Светлана оставили в моей душе неизгладимое впечатление.

«Наглядная демонстрация ее весьма говорящего прозвища», – подумал я.

– Заговорили?! – ни на секунду не сбившись с шага, спросил Феофан и с одобрением посмотрел на молодую женщину.

– Почти сразу, – безэмоционально ответила Красная Фурия.

 – Они не очень любят боль.

– Почему же господа в таком благоухающем виде? – изумился наставник.

– Мне показалось, что они были недостаточно откровенны, – произнесла Светлана, и мужчины при этих словах ощутимо вздрогнули.

Феофан вновь улыбнулся:

– Язык себе откусить или еще как-нибудь уйти из жизни пытались?

– Считаешь, я просто так выбила одному из них все зубы? – более живым голосом уточнила Фурия.

Наставник осмотрел ее с ног до головы.

– А почему нет? В пытках все средства хороши, но я бы предпочел стесать их камнем. Тут тебе и изощренная пытка, и товарного вида пленник не потеряет.

– Любопытно, – произнесла Фурия и с интересом посмотрела на еще зубастого мужчину, который испуганно засучил ногами и затрясся всем телом. – Однако мне больше нравится колоть и резать.

– Хорошая девочка, – произнес Феофан с улыбкой и погладил опешившую Светлану по голове. – В империи еще по старой памяти я припрятал несколько примечательных и древних клинков.

Все думал, кому бы их передать. А тут такая способная девушка, да еще с сильной кровью.

Фурия некоторое время стояла неподвижно, осмысливая произошедшее, затем показала на заляпанный чем-то диктофон и несколько лежащих рядом кассет и молча вышла из камеры.

– Моя внучка, – произнес наставник с гордостью после того, как дверь закрылась, и уточнил: – Она еще молода и ничего не смыслит в пытках.