23 рассказа. О логике, страхе и фантазии

Его полностью разобрали на запчасти, а голову швырнули в канализацию.

Дела у мистера Томпсона пошли на лад. Публика валом валила на артистов, которым были успешно пересажены программы и органы их более талантливых, но менее удачливых собратьев. Впору было бы и остановиться, но мистер Томпсон вошел во вкус. А, кроме того, публика всегда требует чего-то нового. С этим я готов согласиться.

Выяснив все, что я хотел, я встал. Робо-технолог остался лежать на полу и судорожно кашлял. Возможно, у него была сломана грудина.

– Я… я все рассказал… – прохрипел он. – Вы… обещали…

– Да-да, – кивнул я. – Лично я вас больше пальцем не трону.

Он расслабился, но тут же затрясся вновь, когда услышал, как кто-то, шлепая по полу металлическими ногами, отделился от стены. Потом шорох раздался со стороны кухни. Со всех сторон к этому садисту приближались его бывшие жертвы. Свистун. Мим. Танцовщики. Фокусник. Певица. Скрипач. Я вышел из комнаты в тот момент, когда он начал кричать.

***

Через несколько дней я снова отправился в робо-кабаре.

Новых номеров в репертуаре за это время не прибавилось: я лично проконтролировал это. Кроме того, найти нового робо-технолога для темных делишек можно, но это дело не быстрое. Догадывался ли Томпсон, куда делся его помощник-живодер? Скоро мне это предстояло узнать.

Я прошел через знакомую рамку-детектор, и робот-лакей приветствовал меня по всем правилам:

– Добро пожаловать снова, мистер Тьюринг! Робо-кабаре к вашим услугам!

Я не стал указывать ему на тот немаловажный факт, что мой предыдущий визит в этот храм искусства закончился в мусорном баке.

– Да-да, спасибо! Можешь дать мне тот же столик. Мне нравится номер.

– Да, конечно, мистер Тьюринг.

И вот я вновь восседаю за столиком 13. Сегодня здесь шестеренке было негде упасть: робо-официанты сбились со своих металлических ног. На сцене выступало гитарное трио роботов в сомбреро: хорошо поставленными горластыми голосами они пели по-испански о том, что любовь бывает только раз.

Я мог бы получить удовольствие от их пения, если бы не знал, что не так давно троица нелегальных робо-иммигрантов насильно лишилась своих чудесных голосов, а следовательно, и средств к существованию.

Я огляделся и стал разглядывать публику вокруг. За соседним столиком сидела влюбленная парочка – они были явно сосредоточены друг на друге. Чуть дальше трое мужчин с огромным интересом смотрели выступление псевдомексиканцев.