«Мой друг – инопланетянин!»

Когда я обернулся в надежде, что Пётр уже аннигилировал это кошмарное создание, я увидел картину, от которой кровь застыла у меня в жилах.

На полу лежали двое – это чудовище и Пётр. Пётр любовно обнимал тело и целовал его в губы. Чудовище конвульсивно подёргивалось, чуть ли не складываясь пополам от удовольствия, изо рта изрыгались потоки жёлтого желе.

«Заменили! Петра заменили!» – Пронеслось у меня в голове. Эта кошмарная вакханалия стала последней каплей. В глазах у меня потемнело, и я беззвучно осел на пол.

IV. ПО МИРАМ

Очнулся я от боли в ушах. Открыл один глаз, закрыл. Боль переместилась в область висков, затем щёк. То, что я увидел до обморока, меня совсем не радовало. Но сил пугаться дальше уже не было.

– Вставай, ё-моё, еще тебя спасать мне только не хватало! – голос Петра не радовал. У меня перед глазами всё ещё стояла сцена его совокупления с получеловеком-полужижей. Вариантов, впрочем, не было. Я открыл глаза: Пётр склонялся ко мне с доброй улыбкой. «Так, наверное, выглядит жизнь после смерти.

Дальше будет туннель, в конце которого – свет…»

– Димыч, ну что тебя так пришибло-то? Подумаешь, рука из пола, делов-то, нам ещё и не такое предстоит!

Он, видимо, ободрил меня не только словами, бластер, наверное, тоже при деле был. Меня пронзило ощущение лёгкости, желание встать, прыгать, взять, в конце концов, пудовые гири и поднять их раз пятьдесят, а потом – ну надо же что-то делать! – нырнуть метров на тридцать, а потом с парашютом, а если бы у меня права на управление самолётом были, так пренепременно «мертвую петлю» раз десять!

Я открыл глаза уже конкретно.

Холодно взглянул на человека, похожего на Петра.

– Ну? – Я старался быть предельно кратким.

– Что ну? Какие вопросы по существу? – Он тоже, похоже, торопился. Наши синие сферы по-прежнему продолжали двигаться вниз.

У меня явно прибавилось сил, и я спросил как можно более конкретно:

– Что происходит?

– Происходит следующее: техногенный слой Земли нарушен. Диаметр – два гектара – аккурат площадь промзоны, где расположен ангар.

Пока ведём наблюдение. Активность биопластосферы непредсказуема. Рекомендовано – отсутствие действий. Наблюдение, сбор информации, анализ. Никаких провокаций, особенно на материальном плане.

– Я не о том: в этом смысле я и сам понимаю, что всё непросто. Ты зачем с трупом, – я покосился на тело, с которого всё ещё стекало желе, – сексом занимался? Ты что, некрофил?

– Не понял, – Пётр был серьёзен.