«Мой друг – инопланетянин!»

Ты чего тормозишь? – снова заскрипела рация – Скажи что-нибудь! Тебя ж снимают, русские потом запилят: «первый американский космонавт обкурился перед выходом на поверхность»… Или скажут, что мы вообще никуда не летали… потому что «движения космонавта на лунной поверхности лишены физиологической достоверности». Хрюкнув, переговорное замолчало.

Делать было нечего. Я поднял руки над головой и патетически произнес:

– That's one small step for man; one giant leap for mankind. Good luck, Mr. Polansky! – «Во по-английски шпарю! – Пронеслось в голове.

– Теперь флаг крепи! – продолжал раздавать указания Эдвин.

Я отвязал флаг от скафандра, уныло воткнул в песок.

– По бокам подсыпь, камешек там привали, чтоб покрепче стоял! – жизнерадостно прогундосил переговорник.

Привалив камешек, я поплелся к кораблю. От расстройства я даже не смотрел по сторонам – открывшаяся перспектива навсегда остаться американским космонавтом сильно перевешивала радость человека, впервые ступившего на лунную поверхность.

Ходить, кстати, было трудно. Из-за уменьшенной силы тяжести каждый шаг превращался в затяжной прыжок. Что, если честно, сильно раздражало, потому что меня продолжал терзать тяжелый мыслительный процесс.

«… А материальный вопрос – тоже не последнее дело… Работа, жена, дети – все, блин, коту под хвост! Этот же американец, когда полетел, совсем старый был, черт его возьми! Ребенка его, конечно, придется воспитывать. А с женой-то, что делать? Она же еще и американка! Что мне делать с престарелой американкой?!.

Тут меня пронзила догадка еще страшней: – «Какой домик!? Ведь он же военный! То есть мне и домик не светит. Живет на какой-нибудь засекреченной базе… то есть в общаге. Культурной жизни ноль. Развлечений ноль. Ну и ну…»

Я молча подошел к модулю, залез по лесенке на площадку, открыл шлюз и занял свое место рядом с пилотом.

Засветилось зеленое табло на пульте управления.

– Разгерметизация, – подал он голос. – Вот некстати! Пятиминутная готовность и – разгерметизация! Придется снова выходить на поверхность. Первый, первый, – он наклонился над микрофоном – Майкл, вызывает Аполло, на связи Эдвин Олдрин. У нас разгерметизация. Подтверди выход за борт.

– Выход за борт подтверждаю, – донеслось издалека.

– Приготовить аварийный скафандр! – басом скомандовал Эдвин.