Иллюзия чистого листа

Она неудачно затопила печь и ушла проводить уборку помещений здания. Замок внутри полностью выгорел, в последующие годы почему-то не ремонтировался и представлял собой неприятное и даже зловещее зрелище, особенно в вечернее и ночное время.

Далее мы прошли небольшой искусственный речной канал, по тропинке углубились в парк, а потом двинулись между деревьев вдоль извилистого берега речного водоема. В центре одного из участков речной парковой системы высился островок, к которому вел деревянный мостик. На самом островке находилась круглая деревянная площадка, используемая как смотровая, а в прежние времена как танцевальная.

Но мы на островок в этот раз не пошли, а встали на противоположном берегу. Какое-то время мы стояли, обдумывая, что дальше делать, но потом кто-то сказал, что нам пора возвращаться в школу. И тут, не помню у кого, родилась идея не идти обратно в обход водоема, а пересечь его по льду напрямик, сократив тем самым расстояние до школы.

Некоторое время среди нас царило сомнение, стоит ли пробовать лед на прочность, и мы с опаской смотрели на открытую и свободную от снега ледовую поверхность.

Сразу было видно, что лед недостаточно толстый, под ним виднелась темная вода. Я думал, что эту идею никто не одобрит, и мы пойдем в обход. Но, к моему удивлению, большинство согласилось, и, не долго думая, первый из нас понесся по льду к противоположному берегу, расположенному примерно в семидесяти – восьмидесяти метрах. Это был Сергей, и мне показалось, что лед пошел волнами под его весом. Он все время хрустел, пока Сергей бежал к другому берегу. Добравшись до заснеженной земли, самый храбрый из нас парень развернулся, громко выдохнул и развеселился.

– Давайте сюда. Все нормально, – заорал он нам, прыгая на месте.

Мы еще немного посомневались. Некоторые из нас откровенно трусили, ведь все видели, как прогибался и хрустел лед. Но через мгновение уже побежал Валера. Он несся как угорелый, а за ним явственно бежала белая трещина. Достигнув цели, он тоже крикнул нам:

– Бегите так же, по одному.

Лед выдержит.

Так, по одиночке ребята стали перебегать. И с каждым разом трещина становилась явственней. Вокруг не было ни души, кроме нас. И я подумал, а что произойдет, если кто-нибудь провалится. Глубина в середине была около двух – двух с половиной метров. Не очень глубоко, но достаточно, чтобы даже взрослый человек мог утонуть, ведь выбраться на такой тонкий лед обратно представлялось почти невозможным.