Самый большой секрет

 – Хочу заявиться на турнир для находящихся в бегах, – попытка пошутить не нашла отклика и я добавил: – Потом надо провизией запастись и ехать.

– Куда ехать? – поинтересовался Данила.

– Подальше отсюда.

– Как же подальше? А родители? И школу я не могу долго пропускать.

Он конечно был мозговитым мальчуганом, но все же ребенком. Детский мозг пока не мог осознать величину опасности.

– Учебников купим, чтоб не отставал.

– А родители?

– Позвоним, – с этой ложью на устах я поднялся на ноги.

 – Разбираться будем со всем по ходу действия. Я знаете ли тоже вчера с утра не планировал пускаться наутек от своих коллег, спуская в унитаз карьеру и рискуя свободой. А оно вон как повернулось. Так что жалобы богам огня, леса, неба только про себя. Случилось так, дорогие мои, что в вашем пантеоне сейчас только один бог, на которого вы можете рассчитывать.

– И кто же? – не поняла Оля.

– Он перед вами, – на моем лице появилась застенчивая улыбка и я ногой стал расшвыривать костер.

Глава 10. Машенька

Дверь распахнулась словно от сильного порыва ветра. Машенька вздрогнула от неожиданности и выронила из рук зеркальце, в которое рассматривала свое личико, отрешась от мирской суеты.

Семенов, влекомый тем самым воображаемым ветром, пронесся мимо стола секретарши, не взглянув на нее. Максим Константинович прошел чуть медленнее, не забыв о дежурной улыбке. Ершов замыкал шествие, буравя сосредоточенным взглядом пол.

Он уже практически миновал пространство приемной как вдруг из-за спины услышал робкий Машенькин голос:

– Андрей Валерьевич, можно на пару слов?

Ершов буквально заскрежетал зубами:

– Мне решительно некогда.

– Это не займет много времени.

Машенька выплыла из-за стола со всей грациозностью, на которую была способна, дабы оборачивающийся Ершов мог сполна насладиться сим процессом. Девушка практически вплотную приблизилась к Ершову и изобразив на лице невинно-сексуальную гримаску, промолвила:

– Я понимаю, что вы очень занятой человек, но вот набралась наглости и хочу вас пригласить сегодня поужинать.

Если бы нижняя челюсть могла отваливаться в буквальном смысле, то она в мгновение ока рухнула бы на пол и не исключено, что бетонное перекрытие не остановило бы ее движение, позволив обитателям нижних этажей любоваться этой частью тела Андрея.