Шарлатан: чудо для проклятого короля

 – Больше вы меня не одурачите. Можете подавиться моими деньгами. Дальше я сам по себе.

– Иди, конечно. Охрану ты, может, и обманешь, а дальше – вон смотри…

Люгер кивнул за окно на стаю подростков на улице, подпиравших спинами стену на ближайшем углу. Жутковатые малолетки перебрасывались тупыми репликами, и визгливо гоготали. Мотыги валялись тут же, брошенные на мостовую. Проходя мимо «пахарей» горожанки боязливо ускоряли шаг, вперив глаза в землю, а мужчины втягивали головы в плечи. Страх вызывали не только мотыги, и чужое платье, не по размеру, кое-где испачканное кровью, но сильнее всего – пустые и наглые взгляды этих подростков, которыми они словно ощупывали горожан.

Голубые глаза блондинчика расширились, он всматривался за окно, прикидывая грозящую опасность. Но память о пережитом вчера унижении пересилила страх. Гордость подстегнула решимость Ачи.

– Я сделал подкоп под заднюю стену дома. Всю ночь копал. Из тайника теперь лаз ведет в соседний переулок. Еще ночью мог уйти, но я своих не бросаю, в отличие от некоторых… – упрекнул Люгера блондинчик.

 – Выберусь оттуда…

Ача последний раз вздохнул, и развернулся к лестнице, ведущей в подвал.

– Ача, не дури! Вернись! Оставь черную книгу… – крикнул ему вслед Люгер.

Шаги подмастерья, спускавшегося по ступеням, быстро удалялись. Люгер скрипнул зубами, выругался, и сорвался с места, догоняя блондинчика.

– Погибнет ведь, дурной мальчишка! Ача, стой! Погоди! Мы придумаем нормальное чудо… Вместе придумаем.

Узи поспешил за главарем.

Он сбежал в подвал, не забыв прихватить горящую свечу, и натолкнулся на застывшего Люгера. Тот стоял над торчащим из лаза задом Ачи – туловище блондинчика уже нырнуло в проход.

Однако, в следующий миг, ноги Ачи суетливо задергались. Он попятился обратно из норы на четвереньках, и отскочив на некоторое расстояние, не отводил выпученных глаз от темного отверстия. Горло блондинчика издавало только испуганное клокотание.

Узи посмотрел туда же, и вскрикнул. Из дыры показалась чужая голова и плечи.

Кто-то нашел лаз в переулке, и карабкался к ним. В подвал уже проникла лысеющая макушка и жидкие патлы, едва прикрывавшие уши. Чужой поднял голову, и осмотрелся проницательным взглядом.

Это был Босой.

– Слава праведным! – кротко приветствовал бесноватый фанатик. И его узко посаженные глаза удовлетворенно оценили страх, парализовавший шарлатанов.

Босой вылез целиком. За ним из лаза уже показалась мотыга, и следом – первый из юных приспешников.