Команда бесстрашных бойцов

Но потом эти самые «квартиры»-студии раскупили москвичи с тугой мошной, далекие от занятий живописью…

В начале тридцатых тут все горело и плавилось, от комфортных домов не осталась камня на камне. В сорок первом по бывшему оазису преуспеяния наносили удар последние стратегические бомбардировщики людей. В сорок третьем здесь гоблинские маги спалили танковый полк Секретного войска, но и сами пострадали от удара подземных. Весь район пропитан был духом смерти.

И, разумеется, Гвоздь поселился именно здесь.

А как же.

Такой уж это был человек – Гвоздь.

Даня повел команду к огромной бронированной гусянке с «тарелочной» антенной на крыше. Эта станция наведения ракет стояла здесь почти полтора десятилетия. Батарея, в составе которой она числилась, успела сделать один выстрел, что по тем временам считалось отличным результатом. Потом машину вварило в асфальт на полметра в глубину, а экипаж и вся электроника изжарились внутри. Данина команда этих подробностей не знала, но к фокусам Гвоздя каждый был привычен, и если Гвоздь сказал, что «дверной звоночек» на этот раз в «большой хреновине с антенной на маковке», значит искать его стоило в «большой хреновине с антенной на маковке».

А тут была одна такая.

– Ну и где он? Гвоздь, обалдуй, не мог точно сказать, куда сунул… Тэйки, посмотри с кормы. Катя, заберись наверх, может он…

– Не надо, командир.

– Почему, Немо?

– Его способ думать мне понятен. Гвоздь всегда кладет вещи на самом видном месте, а самое видное место всегда располагается в самом неудобном месте.

В самое неудобное место мы уже пришли. Теперь осталось найти самое видное место… Полагаю, это люк механика-водителя.

Даня присмотрелся. Сначала он увидел в свете полной луны слабо фосфоресцирующую надпись: слово «х…й», а потом уже сообразил, что надпись намалевана на округлой блинообразной штуке, которая и была, наверное, люком механика-водителя.

– Соображаешь, Немо, – сказал он, со скрежетом поворачивая отпирающую ручку.

Услышав характерный щелчок, Даня распахнул люк и как следует выматерился. Тэйки поспешила сунуть нос в люк.

– Прикольно! Какой он смешной, этот Гвоздь!

В люке сидел скелет, с черепа до пят вымазанный светящейся краской. Нижнюю челюсть была примотана к черепу проволокой. Между нею и верхней челюстью Гвоздь вставил токер, настроенный на один-единственный номер вызова.

Даня втопил клавишу.

Ноль реакции.