Штурм бункера

Изувеченный тараном, аж один каток слетел, скособоченный, вмятый в груду камней, и с люком пилота, насквозь прожженным чем-то очень серьезным… Тут были люди, чего-то хотели, с кем-то столкнулись, и этот кто-то оказался помощнее борзых туристов. Теперь тут просто мертвый металл.

– Внимание всем! Мы на точке пробоя. Инфобраслеты сдать Траку в контейнер, живо.

Внешнюю связь, понятно, пришлось вырубить еще на точке выхода в рейд. Всем. Принудительно. У Трака – отключить режим внешней связи. Но так – надежнее.

Кто еще из них, когда и зачем ухитрится подключить связь, одни боги хаоса знают. Тут раззявил рот – а за спиной уже сорок планов, как тебя объехать по кривой.

Студенты сдали без вопросов. Браннер взглянул внимательно, мол, ты же понимаешь… Да какого беса тут понимать: на серьезном человеке связь, оружие, да еще, может быть, кой-какое экзотическое оборудование развешаны в таком виде, что спроста не найдешь. Так устроен мир, парни, и не надо напрасно суетиться. Надо вертеть башкой, видеть за двоих, думать за четверых.

Маг отдал спокойно, и тут тоже надо понимать: кибермастер обманет тебя и уделает, если ты ему хоть на минуту доверишься. Что у него там, знает одна родня его из преисподней. Кибермастера?, парни, они ведь, если хорошенько подумать, колдуны наших дней. А потому долго жить не должны. Старина Улле что-то задержался. И вырубил инфобраслет, чуть ли не под самым носом у своего коммандера… Что ты там высматривал, Улле? Ты был тихий тупой пьяница, с тобой было просто, а теперь у тебя какие-то свои игры, и, выходит, за тобой надо присматривать как за людьми покруче тебя… Одной заботой больше. Так. А эта?

– Вышибала, давай по-хорошему.

Не торопится. Смотрит нагло.

– Я ведь уже выключила. Что еще?

– Общие правила, вот что.

– Я, Призрак, хотела бы сразу договориться…

А вот это уже никуда.

Спокойно разговаривать начинаем, спокойно… хотя по молодости просто порвал бы суку на месте:

– Мы так договоримся: либо ты делаешь, что я скажу, и без вопросов, сразу, либо валишь домой своим ходом прямо сейчас.

О, сколько ненависти во взгляде! Сколько ярости! Дура, плевать мне на твою ярость. И на тебя в целом плевать. Ты даже не баба, ты ходячая дыра в головном мозге. Если бы я тебя хоть на секунду захотел, мне сразу стало бы стыдно, что я хочу такое угробище.

Отдала.

– За бортом минус двадцать по Цельсию, ребята. Для непонятливых это минус четыре по Фаренгейту. Слава богу, лето.