Сюрприз для небогатых людей

На двадцать второй к ним явился неизбежный инспектор по социальным проблемам. Кончилась, голубчики, отсрочка. На Земле 10 миллиардов человек, слышали? Пособие отменили при ваших папах и при вашей маме, помните? Перспектива у вас соответствующая, осознаете?

Вместе с инспектором явился господин в очень дорогом пиджаке. Оказалось, менеджер проекта… Ну так что, господа Балашовы, «новая жизнь» или трудовой лагерь общего режима?

– …Послушай, Вадя, почему ты такой пессимист?

– Потому что мне скоро тридцать пять.

И давно уже не пятнадцать.

– Что ж, всем терять надежду в тридцать пять лет?

– Нет, только умным и неверующим.

– Мне это неприятно. Как же ты можешь считать людей такими бессердечными! Они хотят помочь нам, хотя бы и насильно. Без насилия объективно нельзя обойтись на первом этапе… Но Вадя, у нас ведь все отобрали. Средства к жизни, дом, семью. Что у нас еще можно взять, мы голы!

– Найдется.

– Неужели ты отрицаешь в людях добро? Неужели ты полагаешь, будто они неспособны к милосердию? Вадя, нельзя жить с таким холодным сердцем! Для меня, например, вполне естественно, когда кто-то желает помочь ближнему.

Современное общество построено на гуманности…

– Не трынди! Этот брешет-заливается, и ты еще!

– Прости. Мне как-то тревожно, Вадя…

После митинга людей развели по блокам, установленным на автопогрузочных платформах. Стандарт-блоки похожи на пластмассовые детальки из детского конструктора. Только во много раз больше.

Четыре стояка, из каждого торчит по пять рядов прозрачных капсул. Медики спешно колют очередному колонисту снотворное, помещают безвольное тело в капсулу, задраивают люк и включают режим автономной поддержки. Капсула мягко отъезжает внутрь стояка. Теперь телу предстоит мирно проспать больше месяца: автопобудка поднимет спящего лишь за несколько часов до высадки на Терру-II.

Перед уколом многие улыбаются. Им предстоит начать новую жизнь, им дали шанс все начать с нуля, списав прежние неудачи…

Последним подтащили худощавого профизбыточного интеллигента.

Сделали укол, сняли наручники…

Платформы одна за другой скрывались за воротами. Чрево звездолета споро поглощало их.

Метрах в трехстах от плаца – неприметный барак «Б». Краска облупилась, пятна прежней расцветки вовсю улыбаются из-под верхнего слоя. Солдатики с собачками. Колючая проволока. Все это не на виду конечно, а за бетонным забором.