Ложный вакуум

– Цинично? У тебя есть чем подпереть разрушающийся мир? Думаешь, дашь аптечку кому-то, то спас мир? Практическая история может дать опоры всему, и именно этим нам и надо заниматься.

Франц явно не находил подходящих слов, чтобы дать отпор, но его мускулы напряглись, рождая очередную мысль.

Со сцены столкновения Андрея вытолкнуло сообщение через орлов:

«Андрею Хомскому. Никому не сообщайте содержание данного сообщения. Причина вашего призыва совершенно секретна и подлежит только очному обсуждению.

С Вами свяжутся в течение часа. Можете проследовать в свой кабинет. Вас с товарищами пропустят.

Э. Гёдель»

Подпись ничего не говорила Андрею. Однако все это как-то странно, будто за ним следят. Андрей огляделся по сторонам. Людские фигуры все также колыхались, дрожали, переходя в тени и обратно в людей. Это было бесполезно. Кто мог так глядеть на него? Только если посредством камер, которые не заметны невооруженным глазом.

– Андрей, все в порядке? – поинтересовался Густав.

 – Ищешь кого?

– Да нет, просто, думаю, нам надо выбираться отсюда, – Андрей произнес эти слова, несколько смутившись. Тот ненадолго был дезориентирован, голова закружилась, задышал по технике, которую использовал после очередного перехода.

– Да, давайте выбираться, – согласилась меж тем Ада.

Франц стоял весь покрасневший, явно задетый недавним неоконченным спором. Ему хотелось продолжения, но и он согласился, что им необходимо выходить. По крайней мере, после того, как Анатоль, спокойно наблюдавший за происходящим, мотнул головой в направлении выхода.

Андрей пробирался сквозь тела, подталкивая их двигаться, так как те словно и не слышали вообще ничего и никого. Атомный ледокол пробивался сквозь непробиваемые льды. Хм, один ледокол, который Андрей видел в этом времени по телевидению, показался ему таким маленьким, беспомощным. А сейчас именно это он и вспомнил. Неприятное ощущение. По мере приближения к выходу нарастал шум.

Кто-то во всю грудь, наполняя легкие воздухом, выплескивал на кого-то все свое негодование, всю свою злость. Казалось, что впереди ждет потасовка. Вот уже и спины бунтовщиков. Они подавались вперед, руки держа согнутыми в локтях, готовые прыгнуть и вцепиться в глотку. Одна женщина особенно яростно выступала перед четырьмя людьми в военной форме, которые преграждали путь к лифту.

– Вы обязаны меня пропустить! – надрывалась женщина.