Книга 2. Хладный холларг

Любимая всеми брездами секира висела за его поясом, а два других страшных предмета – короткий меч и палица – крепились за обмотками на голенях. Его рост делал это оружие миниатюрным.

– Чего уставился, садись! – грохнул ладонью по столу воин.

Каум машинально сел.

– Вот скажи мне, – тут же насел на него брезд, – сколько будет, если я выпил вот столько кружек, – он указал на зарубки на краю стола, их было семь, – если считать по цене… ну, как это… если вычесть?..

– Сложить.

– И я говорю, сложить.

– Семь на черный деб – семь черных дебов.

– Хорошо. А ежели я отдал деб синий.

– Откуда эт у тебя синий? – спросили с соседнего стола.

– Не влезай, – громыхнул по столу Варогон, – не твое дело. Сколько? – посмотрел он на холкуна.

– Тридцать минус семь – двадцать три будет…

– Обдурил, – заорал брезд. – Издери черви твою печенку, обдурил! – Он вскочил на ноги и вытащил палицу. Подошедший Проти побледнел.

– Ничего я… – пролепетал он. – Ты не платил еще, Варогон.

– Обдурил. Меня обдурил! – Бесновался брезд.

– Я не… мог… ты еще не платил…

– Не ты! Тот проклятый трактирщик. Там на Кожедубном тракте!

– О чем он говорит? – Стали переглядываться присутствующие. – Про Дубильный тракт речет. Попутал с Кожедубным… Так нет же Кожедубного, и не было никогда. Поперепутал, говорю же…

От брездского ора голова у Каума разболелась так, что слезы выступили на глазах. Он зажал голову между рук, посидел так некоторое время и неожиданно подскочил.

– Сядь! – заорал он не своим голосом. – Сядь, я сказал!

Варогон замер с открытым ртом. В харчевне повисла тягостная тишина.

– Мы будем говорить сейчас. Свои долги раздашь потом! Сядь! – приказал холкун. Брезд с неудовольствием повиновался.

***

Караван, какого еще ни разу не видел Фийоларг, выходил за его стены. У ворот собралась внушительная толпа провожающих и просто зевак. Они с восторгом смотрели на бесконечную цепь груххов и коней, вытянувшихся вдоль улиц.

Каум все это время сидел у себя дома на верхнем этаже и смотрел на таблички, разложенные на столе. Их предстояло еще раз пересмотреть, а после передать матери с наказом получше их припрятать.

По таблицам выходило, что в путь выходят почти пять тысяч олюдей. Из них более четырех тысяч стражников. Эта внушительная сила была теперь под его командованием. Быстросчет еще раз оглядел пространство перед собой.