Книга 2. Хладный холларг

 – Как часть на них пошла, я караван по тракту пустил, а сам впереди помчался и всеми силами на оставшихся у тракта навалился. Избил. Те, которые в поле были, делили добычу свою, – Варогон хохотнул, – на караван пошли, а только он за нами хвостом шел. Нам тракт помог быстрее идти. Их поле сдерживало, потому и не успели они нигде. Перебил и их. Вот и вся премудрость. – Брезд умолк, с интересом следя за реакцией Каума. Через некоторое время добавил: – Вы, конублы, нас за тупых зверей почитаете, а только и в ратном деле есть своя премудрость.

 – Он приподнял топор, внимательно осмотрел его и пробормотал: – Не головы у них, а каменья. Весь топор иступил.

Быстросчет вздохнул.

– Может быть, вернуться тебе? – спросил неожиданно Варогон.

– Куда?

– В Фийоларг.

– Нет… не… а почему ты так говоришь?

– Когда у тебя глазенки к макушке прилипают от вида порубленного мяса, тогда и я скажу, что ты не готов к пути. Поэтому вертайся в ларг. Оставь за себя Ира. Он хваткий. Порубил двух али трех пасмасов из войска Быка.

Глаза на месте у него. Голова светлая. В такие дали с темной головой идти – верная смерть.

Холкун почувствовал, что краснеет. Даже слезы обиды выступили на его глазах.

– Это от неожиданности все… обычно… – попытался оправдаться он.

– То ли еще будет! – вздохнул Варогон. – Порой ум нужен, а не только моя смекалка. Хитер я, но не умен. Про то знаю. Ум у тебя есть. Видно. Только трус ты…

– Нет… не говори… как ты смеешь!.. – Холкун вяло защищался и ойкнул, когда огромная рука Варогона схватила его за шиворот, встряхнула и притянула к лицу воина.

– Не знаю, что вы там торгаши делите, – зашипел он. – Но я нанялся к тебе защищать от разбойников, а они ноне армиями ходят. Непривычно так ходят. Не ходят так разбоем, понял, – затряс брезд торговца. – Не услышал ты главного. Ждали нас здесь. Знали про нас. Не понял? Давно ли знаешь Желтого Быка? Во-о-о, не знаешь! А он тебя хорошо знает. Откуда это? – Он отпустил Каума. Холкун отшатнулся, упал на спину, поднялся и, закрыв рот рукой, чтобы не закричать, пошел прочь.

Шел, куда глаза глядят.

– Кто идет? – остановил его часовой.

– Я, – пискнул он. – Каум…

– Зачем туда-то, хол. Опасно там.

– Оставь… оставь… – Быстросчета шатало. Он шел прочь от каравана, зажимая обеими руками рот, готовый изрыгнуть дикий крик. Пройдя с сотню шагов, он упал на колени, зажал голову между руками и повалился лбом в землю. – Боги, Владыка, уберегите… – шептал он как заведенный.