Эпицентр удачи

Но, честно говоря, безудержного веселья это воспоминание не вызвало совершенно. Напротив, я испугался. В более идиотскую ситуацию мне еще в Зоне попадать не приходилось. Перед мысленным взором промелькнула картинка, как один сталкер, сидя у костра, говорит другому:

– Слыхал, как Лемур спекся?

– Не-а...

– От лени, прикинь. Ломало его по оврагу через «Трещотку» вернуться, так он попер в двух шагах от аномалии.

– А че, «Трещотка» сильная была?

– Да фиг там. Даже антирад не понадобился бы. Водочки бахнуть, для выведения изотопов, и можно топать.

– Так че он?

– Недаром же Лемур. Ленивец, блин. Полтора километра назад, полтора вперед – ему много.

– А-а-а... И че, аномалия ему кишки наружу вывернула?

– Да хрен там. Он, прикинь, прямо рядом с ней за проволоку зацепился.

– Да ты че?

– Реально, чувак! Напоролся и висит. Ни туда ни сюда.

– Ну, так снял бы куртку. Блин, это анекдот, что ли?

– Нет! Как ты снимешь куртку, если в полушаге перед тобой аномалия? Вперед подашься – и пипец.

А без того из шкуры не вылезешь.

– Во, попадалово...

– Реально. Врагу не пожелаешь. А все от лени. Мотай на ус, салажонок.

– А ты откуда про Лемура знаешь, если он был один?

– Так я его и нашел. «Трамплин» к тому времени уже рассосался. Лемур от голода сдох, прикинь! А за спиной полный мешок редкого хабара, не считая вязанки собачьих хвостов. Лемуру всегда на хабар везло.

– Хрен вам, а не мой хабар! – зло ответил я воображаемым собеседникам. – Перетопчетесь!

Но злость злостью, а решение проблемы не приходило.

Был бы рядом еще кто-нибудь, настолько же сумасшедший, чтобы сунуться между забором и аномалией, с его помощью можно было бы отцепиться от проволоки. А так, подергавшись во все доступные стороны, я понял, что влип как следует. Мешало все – мешок с хабаром, автомат, неудобная поза, когда не во что упереться ногами. Я посучил ими, как натянувший веревку висельник, пытаясь найти хоть какую-то зацепку на заборе, но в этом месте он как назло был особенно гладким. До земли же я доставал только носками штурмовых ботинок. А вылезать из куртки, как сказал воображаемый сталкер, было действительно некуда – аномалия резвилась прямо перед моими коленями.

И хотя куртку было жаль, я все же прекрасно понимал, что ею придется пожертвовать. Так же как лямками рюкзака. Сунув пистолет в карман и вытащив нож, я аккуратно, чтобы потом можно было пришить, отпорол одну лямку и высвободил правую руку. Жить сразу стало полегче.