Код зверя. Цикл R.E.L.I.C.T

Кровь из ее раны уже не била пульсирующим фонтаном, она растекалась по глинозему огромной лужей, темнея с каждой секундой.

Ильберт не сразу осознал, что плачет. Лишь перевернув девочку на спину, он обратил внимание, что с его щек на ее лоб капают слезы. Но стоило ему вглядеться в ее лицо, ужас с новой силой обдал его холодом. Такая же, как у Кроссмана, темная сетка мерцала над кожей девочки. Только намного, намного более тусклая, почти уже не заметная. И, более того, витиеватый, похожий на венозный, рисунок утончался, съеживался и пропадал, пока не растворился совсем.

Прижав палец к сонной артерии девочки, Ильберт убедился но пульса уже нет. Со стороны котлована приближался топот, точнее чавканье штурмовых ботинок по мокрой глине. Ильберт повернулся туда и встал во весь рост. Что-то в нем словно надломилось в этот момент. Наверное, дал трещину стержень страха, живущий в каждом из людей, но порой определяющий весь их жизненный путь. В тот момент, стоя над трупом девочки, Ильберт уже не боялся. Он готов был голыми руками ломать, крушить, вырывать штурмовикам глотки, но, главное, добраться бы до Шнайдера, пустившего смертельную пулю.

Наверное, у него был такой взгляд, что вооруженные охранники сбавили ход. Вблизи они напомнили Ильберту мифических циклопов, потому что у каждого в лобной части шлема блестел небольшой объектив встроенной видеокамеры.

Но замешательство бойцов длилось недолго. Они не остановились даже, а просто перешли с бега на шаг. Собственно, им уже и спешить было некуда, Ильберт стоял в полный рост, не думая ни бежать, ни защищаться.

Он лишь прикидывал, получится ли выбить ружье из рук хоть одного из штурмовиков. Он очень хотел это сделать, ни одно из желаний в его жизни еще не было так сильно. Схватить оружие, вжать приклад в плечо и полоснуть огненным веером по оставшемуся у вагончиков Шнайдеру. Но тот, бросив взгляд на Дельпи, театрально сдул дымок со ствола и засунул пистолет в кобуру под курткой.

Ильберт стиснул зубы от злости, но в этот момент ближайший из охранников крепко пнул его ногой по ребрам.

Ильберт с трудом удержался, но тут подоспели остальные, обрушив на него град ударов. Кто бил ногами, кто кулаками в тяжелых перчатках, а кто и прикладом.

Согнувшись и пытаясь закрыть лицо, Дельпи поскользнулся на мокрой глине и шлепнулся на колени. Удары посыпались сверху, словно пытаясь вколотить его, как железнодорожный костыль или сваю, в плотную, чавкающую землю.

Кто-то от души шарахнул локтем по затылку.