Все приливы судьбы

Я думаю о Ватее, а затем – о Керосте, и где-то внутри меня вспыхивает чувство вины. Если я помилую Бларта, притворившись, что он не крал у несчастных людей годы их жизни, то не только подведу свое королевство, но и предам свою подругу. Я отпущу ее мучителя на свободу.

Но как я могу отказаться?

Визидия снова будет целой. Я буду целой. Больше никакой лжи. Никакого проклятия.

И хотя все мое существо противится этой мысли, всю свою жизнь я заучивала одно правило: интересы Визидии намного важнее одной жизни.

Кроме того, Бларт напрасно полагается на мое милосердие. Да, приняв предложение, я продлю ему жизнь, но это еще не значит, что я его пощажу. Пока что я сохраню его поимку в тайне, но как только я получу то, что мне нужно, жизнь торговца временем оборвется в ту же секунду.

В конце концов, я не просто королева. Я – защитница Визидии. Я – чудовище, готовое убивать на благо королевства.

Ватея и Керост могут подождать, потому что они – лишь маленькие части общей картины.

Я все исправлю.

Расправив плечи, я смотрю Бларту прямо в глаза.

– Скажи мне имя, и я соглашусь на сделку.

Его голос сладок, как сироп.

– Орнелл Розенблад.

Глава 7

Я надолго запираюсь в ванной, потому что засохшая кровь отмывается с трудом. Даже после этого я все еще чувствую ее на своей коже. Боюсь, мои руки уже никогда не будут чисты.

В попытке отвлечься я ложусь на бархатную кушетку в своей гостиной и начинаю просматривать книги в кожаных переплетах, стараясь не царапать кожу под ногтями.

Большая часть библиотеки сгорела еще прошлым летом, но мне удалось найти несколько уцелевших книг о мореплавании. Я провела за ними несколько часов, читая истории о том, как русалки утаскивали моряков в море, а через много лет их товарищи видели бледные лица этих несчастных под толщей воды. На пожелтевших страницах сохранились мифы о гигантском змее, обитавшем в вулканах Валуки, и легенды о подводных лошадях, которые топят людей и забирают их тела.

Целый год они живут на суше в украденном теле, а затем принимаются искать новую жертву или возвращаются в море. От каждой новой истории и картинки по моей коже бегут мурашки, потому что некоторые из этих легенд могут оказаться правдой. Но какой бы предмет ни оставили боги, я не могу найти о нем ни единого слова. В некоторых книгах есть обрывки страниц, вырванных жадными моряками, и вычеркнутые строки, которые невозможно разобрать.