Все приливы судьбы

Наконец, она отстраняется, пряча свое лицо. – Мне очень жаль, что тебе приходится нести это бремя, но ты будешь потрясающей королевой, Амора. Я в этом уверена.

Мама торопливо шагает по причалу, не оборачиваясь назад, и, когда она оказывается достаточно далеко, я наконец осознаю смысл ее слов. Мы обе понимаем, что если бы она задержалась еще хоть на секунду, то непременно попыталась бы меня остановить.

С трудом оторвавшись от удаляющейся фигуры матери, я смотрю вдаль. Паруса «Смертной казни» вздымаются от ветра, пока Ватея, стоящая на носу, монотонно двигает губами.

И хотя я не могу разобрать ни единого слова, мне ясно, что она заклинает волны, подчиняя их своей воле. С ее помощью «Смертная казнь» без труда пристает к берегу рядом с «Герцогиней» – кораблем моего отца.

– Эй там, на берегу! Ваше Величество! – кричит Бастиан, прижимая ладони ко рту, и я борюсь с желанием закатить глаза. Ему вовсе не нужно так орать: мы все прекрасно его слышим. – Скажи своим солдатам, чтобы перенесли груз на мой корабль.

 – Он сидит на драконе, свесив вниз одну ногу. Другая нога согнута в колене, и пират непринужденно облокачивается на нее локтем. Честно говоря… он выглядит просто идеально. И это невероятно раздражает.

Однажды Бастиан признался, что больше всего на свете ему хочется отдохнуть от моря и осесть на берегу. Глядя на него в эту секунду, я понимаю, что Бастиан не был рожден для легкой жизни на суше. Возможно, он просто хотел попробовать ее на вкус, чтобы понять, удовлетворит ли она его жажду.

Но мне прекрасно знакома эта жажда, и ее невозможно утолить. Его душа создана для того, чтобы без устали двигаться вперед, в поисках все новых и новых приключений.

«Смертная казнь» стонет, осев на песок, и я прячу руки под плащом, чтобы их дрожь не выдала моего отчаянного желания коснуться ее прохладного белого дерева. В это мгновение мне хочется лишь одного – занять свое место на палубе. Вернуться в свою каюту и уснуть в подвесной койке среди корабельных балок и бушующих волн.

Никакой политики. Никакой боли. Никакой поддельной магии.

Но все это – лишь пустые мечты, и я заставляю себя вернуться в реальность, впившись ногтями в ладони.

Это не увлекательное приключение.

– Мы отправимся на «Герцогине», – упрямо заявляю я, задрав подбородок. Бастиан хмурит брови то ли с вызовом, то ли с раздражением.

– Нет, мы отправимся на «Смертной казни», – он говорит так легко и уверенно, как умеют только мужчины.