Штурм бездны: Прорыв. Цикл «Охотник»

Он меня чуть не уволок, честное слово!

– Было дело, – сказала Чернуха, прижалась ко мне и так горячо чмокнула в щеку рядом с ухом, что я был готов отказаться от завтрака в пользу более активного времяпровождения.

Пришлось продышаться, не хотелось выглядеть сексуальным маньяком.

– Так, кто у нас дежурный по камбузу? – Ксюша глянула на Светлану.

– Из быстрого могу яичницу с беконом, – сообщила она.

– Для начала пойдет. – Я кивнул. – Но мы вымотались изрядно, так что требуется серьезное пополнение энергии.

В перспективе, к обеду, надо бы мяса, или запеченного на углях тунца.

– Ура! – Мышка снова запрыгала, не в силах справиться с эмоциями. – Будет рыбалка!

С океана дул ровный бриз, он растрепал мои волосы и мне стало так хорошо, как давно не было. Я обнял Чернуху за талию и мы направились в «Три сосны».

«Дома, – думал я на ходу. – Снова дома. Как же тут хорошо!»

Я заметил, что Мышка и Дикий обменялись чуть более долгими взглядами, чем раньше.

«Начнет ее клеить, шею сверну», – подумал я с решимостью.

Нет, ну правда, ей четырнадцать, а ему за двадцать. Мне только педофилии не хватало в поселке. Если что, сразу забуду о его участии в спасении моей жизни. Скажу, погиб при исполнении. С охотниками такое бывает.

Мы расселись за столом, и я занял командирское место в торце. Мы вкратце рассказали о тварях, которых уничтожили за время жизни на базе «DIP-24-200», а потом, более подробно, о последней операции. Конечно, я не мог не упомянуть роль Дикого в ней. Все это очень эмоционально восприняли, включая Чернуху и Мышку.

Ясно было, что никто после этого уже не будет считать Дикого отщепенцем. Былые его гадости тоже не забудут, но иногда бывает у человека такой вот «главный полдень», который у Дикого случился вчера. Он не стал и вряд ли станет частью семьи, но он точно стал настоящим охотником и частью нашего отдельного взвода. Возможно, со временем, кому-то из нас он мог бы стать другом. Во мне же Дикий вызывал отчетливую тревогу, но я не мог понять чего опасаюсь или за что волнуюсь. Ясно было, что это работает мое предчувствие, интуиция, которая никогда меня не подводила, но я не мог разобраться, на основе каких данных она делает выводы.

В «Трех соснах» почти не было стен. Покрытая пальмовыми листьями крыша держалась на четырех столбах, а кухня была отделена деревянной перегородкой. Ветер свободно гулял по столу, заставляя трепетать салфетки, и ничего не мешало видеть, как невысокие волны вылизывают прогретый солнцем песок.