Степень взаимодействия

Кроссман, ощущал, как растущая внутри сила вытесняет его сознание, а вместе с ним осторожность и здравый смысл. Он понимал, что если красная пелена и дальше будет застилать взор, если сила будет пробуждаться такими темпами, то через несколько секунд ее уже невозможно будет контролировать. И что тогда? Кроссман не знал, что тогда будет, но он все больше понимал – сила в нем отягощена злом. Он не сможет ее сдерживать, и она погонит тело прочь, круша все на своем пути. Так уже было. Он не помнил этого, но так уже было. Именно поэтому всем пленникам вставили в карман на спине пластину.

В палате она ограничивала силу, отягощенную злом. Но у Кроссмана такой коробочки не было. И никто об этом не знал. Кроме него самого, и Ичина, который был теперь неизвестно где.

Не мешкая, конвоиры отступили назад, к ковшу грейдера, чтобы вскинуть свои фантастически выглядящие стволы. И вдруг сбоку, со стороны леса раздался громкий мужской голос. Окрик, приказ. Но что именно кричал невидимый за земляными отвалами человек, невозможно было понять – он кричал по-французски.

Бойцы расстрельной команды рефлекторно повернулись на голос, все до единого, синхронно, и на мгновение ослабили внимание. В этот миг Кроссман окончательно утратил контроль над темной силой, клокотавшей внутри, и она начала действовать сама по себе, уже нисколько не подчиняясь разуму. Замешательство штурмовиков дало возможность Кроссману подхватить на руки стоящую рядом девочку и, вместе с ней, рвануть в лес. На бегу он, массой тела, сбил одного из конвоиров и выхватил из его рук странную «винтовку».

Но стоило оружию оказаться в руках, Кроссман вновь ощутил холод, вытягивающий силы. Только теперь исходил он не из коробочки за спиной, а от странной винтовки. Это было настолько ощутимо, что оружие, в первый миг показавшееся не очень тяжелым, едва не вывалилось из рук от накатившего бессилия. Тело еще не начало действовать само по себе, им по-прежнему руководила дрожащая темная сущность, но теперь она оказалась подавлена исходящим из недр винтовки холодом.

В результате, мозгу все же пришлось взять на себя управление.

Черное нечто внутри Кроссмана дернуло щупальцами, и съежилось, как паук, попавший в пламя свечи. Сознание прояснилось, красная пелена отступила, дав возможность действовать.

Безвольное тело девочки на плече ощущалась все более тяжелым, как и оружие в свободной руке. Чувствуя, что теряет силы, Кроссман все же вскинул винтовку, и нажал на клавишу, выполнявшую роль спускового крючка.