Степень взаимодействия

– Вам больше ничего не надо? – понизив тон, спросила девушка, продолжая улыбаться.

Кроссман несколько опешил, не зная, чем вызван вопрос, и что на него можно ответить. И почему тон изменился?

– Он же только из саванны! – напомнила ей женщина постарше. – Идем!

Она взяла девушку за локоть, и потянула за собой.

– А закон? – взволнованным шепотом спросила девушка.

– Он о них не знает еще, – урезонила ее женщина. – И ни о чем не просил.

Кроссман сделал вид, что не расслышал этого короткого диалога, но в душе остался неприятный осадок.

Сущность внутри тоже забеспокоилась, словно заворочался в берлоге огромный черный медведь. А она реагировала на опасность, это нельзя сбрасывать со счетов. Великое благо, что она сначала выполняла роль индикатора, и лишь потом показывала клыки. Учинить здесь то же, что он устроил в ресторанчике, решительно не хотелось.

Впрочем, было ясно, что именно вызывало тревогу. Упоминание о властях и особом режиме пребывания. Начнутся разговоры о документах, об установлении личности.

Оказывается, даже в Африке от этого никуда не деться.

Сердце чуяло, что проблем с властями не избежать. Это не пугало. Точнее пугало не так, как раньше. Не инстинкт самосохранения напоминал о себе, а мутное воспоминание о том, как он перебил сотню вооруженных спецназовцев в забегаловке. Ладно, спецназовцы, им по контракту положено умирать. Но выпускать из себя кошмарное нечто посреди мирного города не хотелось до крайности. До истерики, если точнее. Но вот истерики допускать точно было нельзя.

Городок симпатичным трудно было назвать, но и некоторой эстетики он лишен не был. Эдакое ожившее ретро. Не само ожившее, разумеется, а кем-то и зачем-то с нуля созданное. Бросалось в глаза, что почти все люди, даже проходящие в одиночестве, улыбались. Улыбались мягко, естественно, но все же странновато на взгляд Кроссмана. Так улыбаются дети, взрослые теряют эту способность.

Вскоре Кроссман увидел первые автомашины. Причем, ни одной знакомой марки среди них не было, все были исключительно местного, африканского производства – простенькие, угловатые внедорожники, по стилю напоминающие нечто среднее между «Дефендером», «Виллисом» и советским вездеходом «ГАЗ».

Цвета кузова разнообразием не пестрели тоже – либо защитно-зеленый, либо серый, либо ярко, вызывающе белый. У многих авто дверей не было вовсе, некоторые были крыты брезентовыми тентами, натянутыми на дуги. Но вообще машин было мало. После Лиона это бросалось в глаза.