Знак Пути

Если бы не рыбий хвост вместо ног, была бы обычная девка. Только красивая сверх всякой меры.

– Сам ты нежить! – зыркнул на него Витим. – Это тебе не русалка утопленная… Это морянка. Считай та же берегиня, только не в речке живет, а в море. Она родилась в пучине, и мамка ее и весь их род. Считай те же люди, тока морские. Видишь хвост вместо ног? О! В том и различие. Еще вдоль хребта короткий плавник есть, сейчас не видать. Поливайте, поливайте! До чего же ленивые…

Гребцы, черпали кадушками из-за борта, с опаской выливая воду на распростертое тело, зиявшее нехорошей раной в боку.

Веки девушки дрогнули и открылись, показав огромные, ярко-зеленые глаза. Словно два граненных изумруда мягко мерцали в лунном свете. Волк поймал себя на том, что стоит с раскрытым ртом, не в силах оторвать взор от прекрасных очей, но насмешек от друзей можно было не опасаться, они сами стояли, как кольями прибитые.

– Живая… – присел рядом Волк. – Вроде очнулась совсем.

Он старался не пялиться на крепкую девичью грудь, колыхавшуюся при каждом вдохе тугими сосками, но вовсе не смотреть на это чудо бездонных глубин было тяжко.

Золотой обруч опоясывал длинную как у лебедушки шею, удерживая переливчатую ракушку размером со средний кулак.

– Спасибо вам… – не вставая молвила девушка. – В море без чувств оставаться нельзя, слишком много охотников до легкой добычи.

– Больно? – придирчиво оглядывая рану спросил Ратибор.

– Как? – не поняла девушка.

– Тебя тритон трезубцем ударил! Рана болит?

– Это рана? – чуть не рассмеялась морянка.

 – До следующей ночи от нее и следа не останется! Я же говорю, что самое худое – без чувств остаться. Тогда смерть. А заживает в море все быстро, медузу, вон, хоть на десять частей разорви – каждая выживет.

Она изящно села, изогнув хвост великолепной дугой, чешуя переливалась и сверкала, словно каждая звездочка неба имела на ней свое место. Выше бедер чешуек не было, только бархатистая девичья кожа.

– Тяжек воздух нынешней ночью… Сухой.

 – вздохнула она. – То ли дело в шторм…

– Погоди! – Витим присел рядом с Волком, почесывая жесткую бородку. – Кажи, отчего ты сцепилась с тритоном?

– Вам хотела помочь! Неужели не ясно?

– Ясно-то ясно, да не понятно ЗАЧЕМ! Какой тебе интерес в нашей перебранке?

– Эти пришлые тритоны худое творят. – неопределенно скривилась морянка. – Пытаются поставить свой покон и устав. Вредят почем зря, чего мы никогда не делаем.