Клан дракона. Книга 1. Вступление

– Я прошу тебя проявить снисхождение, – мягко сказал я. – Эти люди совершили разные проступки в своей жизни, завтра они заплатят за это своими жизнями. Не нужно усугублять их страданий. Создатель, – в этот момент я взял его ладонь в свою и положил в нее небольшой сапфир, – вознаграждает тех, кто проявляет терпение и снисхождение к ближнему своему.

– Хо… хорошо, ваше высочество, – стражник, мельком оценив содержимое своей ладони. – Я… я приму вашу просьбу к сведению…

Я покинул казематы как можно скорее.

Меня душили злоба и бессилие. Какое счастье, что хотя бы Фалкесте удалось уйти. Искренне хотелось верить в то, что она не будет тупить и тормозить, ей хватит соображения убраться так далеко и так быстро, как это только возможно. Добравшись до своей кровати, я, не раздеваясь, упал на нее лицом в подушку. После чего горько и бессильно разрыдался…

* * *

На следующий день меня разбудили ни свет, ни заря. Но, учитывая, что лечь спать мне пришлось еще до девяти вечера, я на удивление отлично выспался.

Дворецкий, уже не указывая, как мне должно одеться, повел меня на завтрак.

– Доброе утро, отец, – безразлично поздоровался я.

– Доброе, сын, – мрачно поприветствовал меня Арнольд Четвертый.

– Ты, конечно, уже знаешь, где я был вчера вечером?

– Разумеется, – хмуро сказал король, – и я очень надеюсь, что больше не увижу от тебя таких эскапад. Особенно когда ты включил свою магическую защиту от прослушки и едва не довел начальника гильдии шпионов до нервного срыва.

Неужели ты думаешь, что никто не слышал, что именно ты там на самом деле говорил?

– Прости отец, – я покачал головой. – Понимаю, что я поступил глупо и безрассудно… Но я все же надеюсь, что ты меня поймешь. Я никогда бы не подумал, что можно так сильно разочароваться в людях.

Мрачное выражение исчезло с лица короля, он даже нашел в себе силы слабо улыбнуться.

– Да, сын, прекрасно тебя понимаю. Первый раз такое всегда больно. Да и я сам сталкивался с таким неоднократно… И до восшествия на престол, и после.

А я в этот момент поднял на отца глаза… и едва не заплакал от собственной глупости. Ведь до меня только теперь дошло, как ко всему этому относится отец. И дело было даже не в том, поверил он в мою непричастность к заговору или нет. Дело было в том, что на самом деле отцу на это было наплевать! Если бы он мог себе позволить меня убить, чтобы упрочить свою власть, и мгновенно угомонить несогласных – он бы сделал это, глазом не моргнув.