Дело Логинова

Я же сделал упор на научную работу[4 - Леша: На самом деле, Илья сделал упор на тупые бесполезные тренинги и семинары, которые так нравятся хомячкам-ИПАМовцам. Я вот ни на один из них не пришел и уверен, что ничего не потерял!], которая мне хорошо удавалась.

За те полгода, что нам отвели на подготовку к выборам, мы сделали больше полезного, чем команда наших предшественников за два года своей каденции. И мы победили! У меня не было достойного соперника на выборах – те, что выдвигались, набрали на всех двадцать процентов голосов студентов, а я получил больше восьмидесяти.

Логинова я назначил своим первым замом (тот, кого я сначала принял за «сноба-псевдоаристократа», сделал больше всех для моей победы), а Леша отказался от должностей. Он сказал, что будет помогать нам, в чем нужно, но не хочет «сидеть в президиумах и на консилиумах» (видно, что из докторской семьи).

Долинский был рад и пел дифирамбы мне и команде. Видимо, его тоже поощрили за успешно провернутую операцию.

Два поручика, «коктейль Логинова» и бабы

(свидетель: Леша)

– Не то купе! Один шаг, и все пошло бы не так!

– Вот я идиот! Алкаш! Морда комсомольская!

– Будь проклят тот коньяк!

– Ненавижу поезда!

    Гневные проклятия Н. Логинова, произносимые им каждый раз в разной последовательности при упоминании города-героя Одессы

Вот так Илья и стал крутым общественным деятелем – без протекции, по чистой случайности. Логинов назвал его как-то «рыцарем без титула и седла»… Тоже мне, поэт.

Но не об этом. Так вот, странно, но в двадцатник у Ильи уже седина кое-где просвечивала, и взгляд был какой-то печальный, слишком глубокий для нашего тогдашнего возраста и положения. Он грустил, курил и пил чай; сигареты были дешевые, чай дешевый, да и грусть дешевая и малополезная.

Логинов не мог без пафоса – первый зам, все дела… Представлялся всем как «потомственный коммунист – по ближним родственникам и потомственный дворянин – по весьма отдаленным».

Из него дворянин, как из меня – Ричи Блэкмор. Ни манер, ни поместья, ни герба, ни даже собственного авто у него не было. История его попадания в эту струю – вообще загадка. Может, «счастливая звезда», как он сам говорит. Может, то, что его покойный дед был дружен с первым ректором ИПАМ, и поэтому Логинов поступил без взяток и головомоек. Во всяком случае сразу после того, как он попал на первый курс, и дед, и его друг-ректор почти синхронно скончались.