Уикенд с демонами

Ткнешь в указательный палец, и дело в шляпе!

Не отпуская руль, Сашка протянул руку, нащупал тонкую сталь.

– Откуда ты знал про булавку?!

– Не твоего ума дело, шмардюк! Воткни в палец, и будет тебе счастье! Действуй как велено, избежишь острога!

Времени на раздумья не оставалось. Он прижал острие к подушечке пальца, алая капля брызнула на штаны.

– Черт тебя раздери, петух потрошенный! – выругался мужчина.

– Высунь окровавленный палец в окошко! – орала птица.

Если для сохранения надежды на свободу, надо изображать чуню белоглазую – на здоровье! Сашка опустил ветровое стекло, не снижая скорости, ледяной ветер растрепал волосы.

Сэр Гальба соскользнул с бампера, и хватанул острыми зубками человека за палец.

– Идиот! – взвизгнул мужчина, отдернул руку. Фаланга посинела и опухла, кайма ногтя побагровела. Он инстинктивно сунул палец в рот. Дурная птица едва не оттяпала пол руки! Он с удивлением обнаружил, что кровь остановилась, в месте проникновения булавки под кожу чернеет крохотная точка.

Словно занозу посадил. Чернота быстро расползалась, подтек под обкусанный ноготь. Так быстро гангрена начаться не может! Рука слегка онемела.

– Что ты сделал, ублюдок… – прошептал Сашка.

Птица летела следом, золотая цепь елозила по могучему загривку.

– Не горюй, шмардюк! – каркал сэр Гальба. – Ты мне потом еще спасибо скажешь!

Чудны дела твои, Господи, но кроме него никто не обратил внимания на удивительное животное! Полицейские машины стремительно приближались. Он вдавил педаль газа, «БМВ» послушно набирала скорость.

Действительно, в проеме между бетонными стыками объявилась узкая брешь, за ней следовала разбитая дорога, усыпанная мелким щебнем. Подвеска немецкой тачки и здесь оказалась на высоте, машина мягко сглатывала многочисленные ямки. Следом устремился черный вертолет, завис над серой пустошью в сотне метров от дороги. Сашка высунул голову в ветровое окно.

– Что дальше делать?!

– Ты молодец, шмардюк! – миролюбиво вещала птица. – «Вертушку» видишь? Дуй туда!

– Развод! – отчаянно прошептал человек.

 – Это все – развод!

Он свернул на распаханное поле, мощный мотор надсадно заурчал, из-под колес вырвались ошметки сырой глины. За спиной взвыли полицейские сирены. Коренастый газик уверенно карабкался по вдоль трассы, расстояние неумолимо сокращалось.

– Давай живее! – рявкнул сэр Гальба.

– Даю!

Сашка стиснул зубы, выдавил педаль газа, колеса захлебывались в жидком месиве, но машина уверенно продвигалась вперед.