Жезл силы

 Щипач одним прыжком вскочил на ноги, усталости как не бывало! Золотые глаза горели жадным огнем. Последний раз они ели прошлой ночью – жевали старые коренья, оставленные в заброшенной избе. При виде легкой добычи у беглых заурчало в животах. Брыль настойчиво шмыгал носом, но голод – плохой советчик! Ратмир бесшумно скользил  вдоль канавы, цевье лука удобно легло в ладонь. Перед мысленным взором возникла освежеванная туша. Он ощутил запах жареного мяса, сладкий жир с шипением падает на раскаленные уголья.

Яростно зарычал лис, взвился на месте, будто его ужалила оса.  Проводник поднял черную, в рыжих крапинках губу, и рычал, глядя в сторону непроходимого бурелома. Весной здесь бушевали нешуточные грозы, молнии били в верхушки сосен, образовался завал из  обгорелых стволов. Там и шакал не проскользнет! Лис заливался кашлем. Мул отпрянул в сторону, взрыхлил почву копытом. Промеж сплетений сучковатых стволов наваленных в бесформенную кучу,  проскользнула тень.  Животное почуяло опасность, под его натиском ломались тонкие ветки. Мозглы атакуют сообща. Рыжая бестия взлетела на спину мула одним прыжком.  Вторая особь повисла на плече жертвы, багровый рот впился в яремную вену. Еще один охотник оседлал круп, длинные липкие пальцы оплели шкуру. Ратмир поймал в прицел замешкавшегося мозгла, в призрачном свете отразились огромные голубые глаза. Угольные точки зрачков пристально смотрят на беглеца, читая историю, угадывая потаенные мысли. Мозглы умеют предугадывать намерения, подавлять волю. Только избранные воины владеют искусством защиты. Юноша не тратил времени на размышления. Тетива стонала в руках, как влюбленная женщина. Также стонала Веселина в его объятьях, ее губы истекали медом, коричневые соски становились острыми, а промеж бедер было горячо и влажно. Стрела просвистела в ночном воздухе, темная кровь брызнула на траву, голубые глаза померкли, чтобы спустя мгновение вспыхнуть в удвоенной силой. Мозгла не убить простой стрелой. Мастерицы из Семиозерья владеют даром заговаривать оружие. Услуга стоит десять монет. Щипач размахивал  топором, не давая тварям приблизиться.

– Кость вам в глотку! Кость в глотку! – горбун рычал, словно пойманный в капкан медведь.

Мозгл остановил немигающий взор на этерийце. Горбун безвольно опустил топор, на широком лице блуждала растерянная улыбка.

– Не смотри на него, Щипач! – орал во весь голос Борщ.