Рапсодия гнева

Бесплатный английский, рисование, современные танцы, курсы кройки и шитья на куклу Барби. Проповеди, конечно. Ого! Курсы компьютерной грамотности. Н-да… Это явно в цель. Многие увлекаются. Хорошая работа. А это что? С августа, после проповедей, выступления городских рок-групп и сексуальное воспитание для детей с четырнадцати лет. Это уже интересно. Не повод для стрельбы, но хоть какая-то зацепка к расследованию.

Над дверной ручкой ярким прямоугольником блестела пластиковая наклейка: «Coca-Cola» – тяни на себя».

«Упрощаем… Зачем думать? Все написано! Что пить, куда тянуть. Где-то я такое уже слышал, что свобода выбора – источник страданий. Интересно, американцы придумали эти таблички для себя или только на экспорт?»

Тянуть за ручку с такой надписью было глупо, толкать бесполезно. Владислав Петрович вздохнул и постучал в дверь.

– Войдите, открыто! – ответил приятный женский голос с едва заметным иностранным акцентом.

Владислав Петрович не был упрямцем и сам удивился тому, что дверь открывать не стал.

Несколько лет уже не шел на принцип, а тут зацепила такая мелочь. Или все накапливается до некоей критической массы?

Он снова постучал, и дверь с легким щелчком отворилась, вылив в вестибюль целый поток нежной прохлады.

За порогом стояла очень симпатичная женщина лет сорока – короткая стрижка темных волос, кремовая сорочка заправлена в такого же цвета брюки. Мило. Привлекательно. Хотя полноту в животе и бедрах можно назвать излишней. Кремовый пиджак висел на спинке внушительного кресла с гидроамортизатором.

Круто. На столе огромный экран компьютера мягко светит разноцветьем заставки – ночной вид на статую Свободы.

– Доброе утро! – заученно улыбнулась женщина. – К сожалению, до августа у нас набор детей прекращен. Приходите с первого числа, будет новая программа, расширенная и улучшенная.

– Я в курсе, – немного смутился следователь. – Но пришел по другому делу.

Женщина изумленно подняла брови, сделала шаг в сторону, и он с дежурной улыбкой шагнул в кабинет, плотно прищелкнув за собой дверь.

– Вообще-то, я из милиции. Вы в курсе, что Алекс Бертран погиб сегодня ночью? Точнее, утром.

– Да, нас известили, – сухо кивнула она, не снимая с лица улыбку. – Вы что-то хотели узнать?

– Конечно! – с легким сарказмом ответил Владислав Петрович. – У нас в стране принято расследовать убийства.

– Да? – с не меньшим сарказмом наклонила голову женщина. – И это приносит какой-то результат?

– Иногда.