Путь сквозь жизнь

– Ну и баба, – завистливо присвистнул один из ближайших помощников работорговца.

Удивленный взгляд работорговца, адресованный недалекому ассистенту, ничуть не смутил последнего. Работорговец до сих пор не мог прийти в себя от взгляда таинственной незнакомки, а потому, пошатываясь, направился в свой шатер. Еще никогда столь удачная сделка не оставляла в нем таких мучительно тяжелых чувств и головной боли, а потому работорговец желал как можно быстрее забыть о случившемся. Ухватив край развевающейся белой материи, он только теперь услышал удивленный странной сменой настроения хозяина голос помощника, на которого впечатление производили лишь звонкие монеты и те скудные радости жизни, которые он мог удовлетворить этими деньгами.

– Господин? Мы же еще не закончили! И позвольте узнать, что мы скажем колдунам, когда они спросят о своей колдовской цепи? Господин?

В ответ работорговец лишь отмахнулся рукой, словно от назойливого насекомого, так и не удостоив своего помощника взглядом. Тот лишь пожал плечами и усмехнулся, поскольку знал, что ведающие темными искусствами колдуны и чернокнижники тоже любят золото, также как и простые смертные.

Люди могли спорить о многих вещах: криком кричать или шепотом говорить, но в чем они были едины, так это в любви к деньгам в любом виде: и короли, и нищие, маги, торговцы рабами и хлебом. К тому же чародеи предпочитали не портить отношений с рабовладельческими гильдиями. Также как и с остальными, кто занимался темными делишками при свете дня и под покровом ночи. Теперь ему самому предстояло продолжить продажу живого товара вместо хозяина. И мерзавец потер руки в предвкушении неожиданной и весьма перспективной наживы.

Никто не обратил внимания на человека в серо-коричневых одеждах, наблюдавшего за продажей Джутаро. Он последовал за таинственной незнакомкой и ее рабом. Вскоре к нему присоединилось еще четверо в столь же неприметных одеждах.

3

Джутаро не спеша тащился вслед за своим новым господином, а вернее – госпожой. Он нарочно шел медленно, оценивая свои шансы.

Когда они покинули душные ряды, где десятками и сотнями толпились рабы, их хозяева и слуги работорговцев, в его голове немного прояснилось, и он начал размышлять над этой неожиданностью. За эти несколько месяцев, что он провел в королевстве Эония, с ним приключилось много чего.

Чего стоило одно только путешествие с королем Арзулом через жаркие пустыни и безжизненные бескрайние пустоши, отделявшие два конца света: север и юг.