Мнимое будущее: Лживый глупец

Так как тогда я даже не знал, что представляет из себя то и обычное РСУ, про него лишь слышал от коллег, что выдаётся он лишь старшему командованию и помогает быстро возводить конструкции…

*три года спустя*

Кажется, что и не было ничего того чем я жил, до попадания сюда, на станцию, жизнь казалось шла своим чередом и даже в большей степени я забыл о той боли что мучала меня раньше… …периодически я проверял свой тайник, который мне было указано собрать для хранения гарнитуры, а вдруг наконец-то выйдут на связь или же нет, и это все был плод моего воображения, но хотел ли я получить сообщение, может да или же нет.

Поторопился вернуться в офис все же не зря меня уже назначили в состав старшего командования, как главного специалиста отдела «Цепного-соединителя».

Совещание, меня ждало очередное совещание на каждом из них поднимались очень важные темы, но не всегда была возможность и средства для их реализации. После одного из таких совещаний выйдя с кабинета, разговорился с Роузом, очередные глупые разговоры, как, впрочем, и всегда.

Кажется, ничего не предвещало беды, как в коридорах начали падать люди в странных конвульсиях, по ощущениям начала снижаться температура. Недолго думая мы с Роузом уже натренированные быстро надели противогазы и достали аварийные баллоны. Из вентиляционной решетки виднелся голубоватый мутный газ, мы сразу поняли, что это, то чего боялся Роуз ещё тогда, когда «Фрезон» появился на станции.

Оттащив всех, кто уже подвергся воздействию в дополнительно вентилируемую зону мы отправились в сторону хранилища.

Температура в комплексе стремительно падала, были слышны крики и шум сирен по станции. И, звуки выстрелов? Тогда-то мы опешили, и старались обойти опасный участок по техническому коридору.

Выйдя к хранилищу, все представляло собой зимний ад, газ хладагент уже заполнил помещение целиком что резервуары было не рассмотреть, как и камеру для работы с манипулятором. Единственное решение было, двигаться через ледяной ад, к стойке манипулятора, но даже в скафандре это грозило неминуемой смертью.

Боясь потерять единственного уже ставшего родным человека, я решил войти туда один. Роуз был категорически против и предлагал запечатать хранилище, но это бы не решило проблем. Все же он принял это, и я вышел за гермазатвор.

Температура в помещении приближалась к абсолютному нулю что ощущалось даже через толстый слой скафандра. Каждая часть тела слипались и примерзала, лишь потрясывания помогали бороться со льдом.