Пять с половиной подвигов

Ужас! Ужас! А это, наверное, те господа, которые тебя спасли? Очень приятно! Очень приятно! Прошу пожаловать! Милости просим! Но как же тебя угораздило упасть в реку?! Этот дрянной паромщик не может сделать нормальное ограждение! Я подам на него жалобу в магистрат! И зачем тебе ведро?

– Да, матушка. Это, действительно, те самые господа. Распорядись, пожалуйста, выдать им награду за моё спасение. Думаю, тридцати гульденов будет достаточно. Хотя, нет. Дай пятьдесят! Они действительно рисковали, бросаясь за мной в воду.

Вегрик чуть не подпрыгнул от радости. Пятьдесят гульденов за недотёпу! Вот так удача!

– Я пригласил их остаться у нас на ночлег, – продолжал Апапис. – Большие гостевые комнаты свободны? Скажи, чтобы их приготовили. А я пойду к себе. После таких событий надо пораньше лечь спать.

Не выпуская ведра, он пошёл в дом. На мраморе за юношей оставались мокрые следы.

– Тебе нездоровиться? Может быть, позвать лекаря? – взволновалась госпожа Афафаль.

– Нет-нет. Просто надо выспаться, как следует.

Вот этот пожилой господин оказал мне врачебную помощь. Кстати, он чистильщик ушей. Помниться, ты искала такого мастера.

Госпожа Афафаль повернулась к Утопию.

– Правда? Вы, действительно, чистильщик ушей? Хотя это и так видно по вашему головному убору. Какая удача! Представляете, в этом городе не осталось ни одного мастера! Последний умер лет десять назад. А у меня правое ухо слышит всё хуже и хуже. Боюсь, как бы не оглохнуть совсем. Вы ведь не откажетесь провести хотя бы один сеанс?

– Это большая честь, – поклонился Уховёрт, – Если у вас есть подходящие инструменты…

– Инструменты мы найдём! – заявила госпожа Афафаль.

 – Сейчас же пошлю за ними слугу. А теперь проходите в дом! Скоро будут подавать ужин, а ведь надо ещё привести себя в порядок с дороги. Вам принесут чистую одежду. Боже мой, господин рыцарь! Почему вы без обуви?! Я прикажу выдать вам башмаки. А вашу тележку поставят в сарай.

Комнаты Вегрика и Утопия оказались в разных концах длинного коридора.

Взглянув на свои апартаменты, сапожник присвистнул от изумления. Тут легко разместилась бы конюшня лошадей на десять. И кругом кресла, зеркала, разные гобелены. Широкая кровать была устлана такой мягкой периной, что Вегрик тотчас же завалился бы спать, если бы не приглашение к ужину.

Слуги принесли одежду, таз для мытья и воду. Особенно обрадовали сапожника начищенные до блеска крепкие ботинки, которые пришлись как раз впору.