Ковчег дьявола

Павел открыл рот, но как это случается во сне, слова умерли в гортани, язык ворочался как кусок вареного филе, валко, неподъемно. Ноги одеревенели, он стоял на пороге спальни, и смотрел на мертвую женщину, а сердце наполнялось холодом и смертельной тоской. А потом она приподнялась, провела рукой по своим чудесным волосам, и предостерегающе подняла длинный палец. Он хотел спросить, отчего она пытается его уберечь, но губы закаменели. Она протягивала руку к стене.

«Прочти!»

Он пытался спросить, что именно ему следует прочесть?! Домашнее задание?! Сочинение на вольную тему, которое у него так скверно удавались.

«Прочти!!!»

Обои на стене покрывали сальные пятна копоти, к старой клеенчатой дранке прилипли обрывки старых газет. Типичная коммунальная квартира образца прошлого века. Место ему незнакомо, за окном раскинулся сквер, пересохший фонтан по центру, и две прохудившиеся скамейки с облупленной коричневой краской на досках.

Картинка завертелась в бешеной карусели, и он проснулся в липком поту.

Голова гудела как колокол, во рту застыл сухой наждак. За окном сгущались сумерки, в Питере темнеет позже, чем в Москве, сказывается северная широта. Зуммер обернулся телефонным звонком. Он нащупал на прикроватной тумбочке трубку.

– Слушаю…

– Добрый вечер, Павел Алексеевич!

Сердце кувырнулось в груди, как акробат на трапеции. Этот грудной, с волнующими интонациями голос, он готов узнать из тысяч других!

– Здравствуйте…

Экстрасенс взял с слово не разыскивать Марию Коэн.

Женщина тихо рассмеялась.

– Вы очень впечатлительный юноша!

Сонм мыслей роился в голове как разбуженный улей диких пчел. Надо ее спросить! Спросить о чем?! Куда вы подевали мою невесту, уважаемая Мария Эдуардовна? Или почему официантка в вашем кафе обслуживает клиентов без трусов?! Какие трусы… Трусы здесь причем?!

– Вы еще не проснулись? – пришла ему на помощь Мария.

– Откуда вы знали, что я спал?

– Что привело москвича в этот северный город, Павел Алексеевич?

Женщина проигнорировала вопрос.

– Невесту ищу! – огрызнулся Павел. Страх проходил, его место заняла спортивная злость. Вот шалава! Она издевается!

– Сбежавшая невеста… – задумчиво проговорила Мария. – Известный парадокс, когда девушка сбегает накануне свадьбы.