Игра без правил: Игра без правил. Контрфевраль. Последний рывок

Ну не разбираюсь я во всех этих хитро-премудростях!.. Федор Артурович вон тоже сидит с таким видом, будто лягушку проглотил. На французский манер…

– …Наш знаменитый юрист Анатолий Федорович Кони, сейчас возглавляющий комитеты Государственного совета по делам жертв войны, организации помощи беженцам, сбора денежных средств.

– Насколько я помню, он принимал активное участие в процессе Засулич, – подает голос великий князь. – И, несмотря на все увещевания начальства и… высших сфер, присяжные вынесли оправдательный вердикт.

– В данном случае это говорит только о его честности, – пытаюсь хоть как-то, через «не хочу», поучаствовать в мероприятии. – А что касается прецедента, Трепов сам виноват. Решил посамодурничать, вот и получил в полном соответствии с третьим законом Ньютона.

– Денис Анатольевич, если бы всё было так просто… – Михаил Александрович пытается наставить меня на путь истинный. – Сам Трепов поступил, конечно, неправильно, но ведь он был в тот момент олицетворением власти, и Засулич показала, что с ней можно успешно бороться преступными методами и при этом оставаться безнаказанным.

Что впоследствии и стало повсеместным явлением.

– Сама власть должна быть адекватной и не покрывать придурка, а наказать. Ему прекрасно было известно, что лица дворянского происхождения, пусть даже и самые захудалые студентишки, телесным наказаниям не подлежат. Да, тут еще один нюанс вырисовывается. Ни в коей мере не пытаясь очернить предложенные кандидатуры, хочу обратить внимание на их нерусские фамилии… Не надо подозревать меня в шовинизме, просто посмотрите на список глазами обывателя…

Дальнейшего продолжения диспута на тему не получилось.

В оконное стекло негромко звякает камушек, затем с улицы раздаётся очень знакомый свист «Ко мне»!.. Через мгновение уже вижу машущего мне Семена!.. Только в одном случае он мог так!..

Несусь к выходу, перепрыгивая через неудачно подвернувшийся на пути стул, вопль-фраза «Ваше высочество, прошу разрешения отсутствовать!» заканчивается уже на выходе из «предбанника» с охреневающим секретарём… Семен успевает крикнуть только одно слово «медкорпус» и, несмотря на все свои старания, оказывается далеко позади.

Взлетаю по лестнице на второй этаж, где расположен операционный блок, толкаю ладонью дверь, филенка, расколовшись на две половинки, летит на пол. Черт, она же наружу открывается!.. Дергаю ручку на себя, в двух шагах вижу тёщу и доктора Голубева.