Архей. Караванщики Анвила

Приключенцы, прижимаясь спинами к стене, медленно продвигались. Заглянуть в окна не получалось, они оказались достаточно высокими. К тому же, заляпаны глиной и песком.

Ослябя услышал едва различимый скулеж, с трудом пробивавшийся между порывами ветра.

– Я слышу, как воет призрак!

– Ветер это, – Эразм строго глянул на паломника.

– Нет, там что-то есть! – Калдор выхватил скимитар и отдал команду ящеру.

Динозавр зарычал и медленно стал продвигаться к небольшому камню, лежащему рядом со скрипучей вывеской.

Ослябя ринулся вперед. Варвар, вскинув топор, тоже обогнал зубастого питомца. Нахиор и орк нашли, наконец, двери в главный вестибюль и принялись выламывать одну из створок. Только лишь Эразм со скучающим видом прятал лицо под шарфом и размышлял о возможной природе проклятия.

Подбежав к камню, за которым притаился призрак, Ослябя отпрыгнул, словно действительно увидел приведение. Он сбил северянина и оба повалились в песок, увлекаемые ветром. Калдор, который в момент атаки паломника прибавил в скорости, с ходу налетел на товарищей и повалился сверху.

– Идиоты, – волшебник покачал головой и скрылся в дверном проеме за мамелюком и орком, укрываясь от ветра и пыли.

Через несколько минут внутрь влетел запыхавшийся паломник, держа на руках тело, завернутое в дорожный плащ Калдора. Горе-напарники ввалились в поместье следом. Пока Варвар прилаживал остатки выломанной двери на место, приключенцы обступили Ослябю.

– Зажгите лампу, – посоветовал Нахиор.

– Да, точно, – поддержал северянин и тут же смутился.

 – Только у меня нет лампы.

– Что никто не взял лампу?

Калдор усмехнулся и принялся шарить в дорожном мешке, который ловко скинул с плеча. Он молча достал факел, присел на корточки и начал шаркать кресалом по кремнию, держа их над факелом, зажатым между коленей.

Волшебник, наблюдавший как компаньоны несуразно столпились у выхода, где хоть-какой свет проникал через щели, тяжело вздохнул: «О, эта авантюра обещает быть интересной.»

Эразм вытянул указательный палец.

С него сорвался маленький огонек, устремившийся к Калдору. Факел неожиданно вспыхнул и полетел на пол. Все шарахнулись от яркой вспышки. Все, кроме Осляби. Он сидел на коленях и, зажмурив глаза, держал на руках обмякшее тело, неистово тараторя молитву за молитвой.

Калдор поднял выпавший факел и оглядел комнату. Тусклый свет играл по обугленным перекрытиям потолка. Паутина затянула все верхние углы, а песок устилал пол ковром.