Мэри Мерлин Милк. Повесть о человеке, ставшем частью того, что он ненавидел

И, конечно, всюду встречались статуи и скульптуры, декоративные элементы в виде кошек и других созданий, а, благодаря большой сети подземных водоёмов, Пурринг-Краун во многих местах украшали красивые композиции из фонтанов.

Жители старались поддерживать имидж столицы как города для высшего общества, манерность и утончённый внешний вид были атрибутом почти каждого, кого мы видели. Конечно, первое что пришло в голову при виде граждан, было очевидным (куча снобов), однако не я устанавливал здесь правила, так что постарался отбросить лишние мысли подальше и просто без особого восторга следовать в сторону замка.

Санни буквально сияла от удовольствия быть в Пурринг-Крауне, и решительно не понимала моего безразличия, хотя сама держалась манерно, а не скакала как полоумная. По дороге она многое рассказала касательно города, его жизни и общества, пытаясь вызвать хоть намёк на какие-либо эмоции. Иногда приходилось ей подыгрывать.

В пути я поверхностно участвовал в общей беседе, внутри же с новой силой был погружён в жгучую пучину из самых разнообразных слов и фраз о моём положении.

Однако, несколько раз и я отвлекался от мыслей на пару сцен из массовки. В первый раз вся компания специально задержалась, глядя, как какая-то кошка под деревом увлечённо обнюхивает пучок травы. Делала она это недолго, потому что вскоре начала срывать травинки и жевать их. Потом она принялась громко мурчать и тереться о пучок мордой. Когда упала и стала пьяно валяться под деревом, за ней с озабоченным видом примчалась подруга или сестра и, схватив зубами за хвост, потащила из-под дерева.

Во второй раз вся компания остановилась и, с трудом сдерживая смех, уставилась на сцену, проходящую на другой стороне дороги. Один кот, прижав уши к голове, распушившись, словно от разряда тока, пронзительно мяукал на второго, который стоял перед ним, пытаясь навести ручной киносъёмочный аппарат. Когда объектив приближался слишком близко, возбуждённый кот резко бил по нему когтями. Мне показалось, что я начал привыкать к подобному.

Дворец и дворцово-парковый ансамбль вокруг выглядели куда более шикарно, чем всё, что встречалось нам прежде. Можно было долго бродить по парку и королевским залам, наслаждаясь их красотой, чего невольно хотела компания, даже больше, чем увидеть финал моего предприятия. Я прекрасно их понимал, но не мог разделить общего удовольствия.