Где дом твой, киллер?

Крота мы определили, обработали, и он сдал нам все что требовалось. Кстати, в полицию Марселя он ничего не передавал. Можешь быть спокоен: он больше не встретится ни на твоем, ни на нашем пути.

– Меня это не утешает. Ибрагиму новая информация не нужна. И я беспокоюсь о своих знакомых. Я говорил вам об убийстве женщины в окрестностях Меца. Это работа его людей. После этого они наводили в Германии справки о моих передвижениях. Они знают мою новую фамилию, знают марку машины. Я выхожу из дела.

– Мы готовы тебе передать почти все, что нам оплачено – девяносто тысяч, включая твой аванс, оставляя себе только десять.

– Я подумаю.

– Нечего здесь думать, пора действовать. Не забывай, сейчас идет речь о нашем престиже. Заказчики и так недовольны, что дело затянули.

– Ладно, справлюсь. Конечно, Ибрагим предупрежден, но и я тоже знаю, что он предупрежден. Мои семьдесят пять тысяч сразу переведете в Прагу. И я ухожу в отпуск на три недели.

– Хорошо, не сомневайся.

Марта завершила, наконец, обед, расплатилась, попрощавшись с хозяином вышла к Генри на веранду:

– Ты ушел, даже кофе не выпил, что-то не понравилось?

– Смотреть не хотелось на этого антисемита.

– Почему антисемита? Он ни слова не сказал против евреев.

– А ты читала то, что он мне подсунул?

– А что там?

– Статейка этого Тома. Как будто в «Фёлькишер беобахтер» окунулся. Почитала бы ты, как он говорит о Берлине: «Смесь галицийского еврейского местечка и нью-йоркского гангстерского квартала».

– Странно, ты такой выдержанный, а тут взъелся. Ты разве еврей?

– А нужно быть евреем, чтобы антисемитизм не нравился? Нет, у меня отец поляк, по крайней мере, мама так говорила, а мать француженка. Ее я, к сожалению, похоронил пять лет назад.

Оба уже садятся в машину. Генри переложил кейс на колени Марте, набрал секретный код и, не вынимая пистолет, чтобы не напугать Марту, положил его поверх остальных вещей, оставив кейс полуоткрытым.

14:50. В машине.

Марта почти сразу задремала – устроилась, откинувшись на спинку кресла.

Дорога идет после очередного моста через Изар по берегу реки. Через десяток километров, у Вальгау, перешли на прекрасное шоссе 11, но еще через десять минут, уже на шоссе E533, скорость пришлось резко снизить.

Несколько раз пересекли Изар и его притоки. Пошел дождь.