Кисть и пистолет. Мое сердце пусто

Может быть, потому что я простой парень из Орегона; нет у меня и не было в детстве этого отрицания «мира взрослых», мне чуждо его стремление защитить детей от мира взрослых. Помню, как меня маленького любила мать, верю, что отец любил нас с братом: по-своему, но любил, желал нам, в меру своего понимания жизни, счастья. Да и сейчас, я только недавно был у отца, он по-прежнему заботится – теперь о нашей младшей сестре, ее детях и даже о ее не очень подходящем муже. Конфликт поколений не обязателен.

– А ваши дети не конфликтуют с вами?

– Помилуйте, нет у меня детей, жены даже нет пока.

Но я провел почти целый день с мальчиками сестры, и мы прекрасно ладили с ними. А почему вы спросили? Разве счастливый отец семейства может иметь время на чтение книг, тем более таких трудных? Но вы собирались уходить? Я мешаю вам, задерживаю?

– Нет, господин Линдгрен, нисколько не мешаете. Но я собиралась зайти в кафе, выпить чашку кофе.

Сразу отвлекся от мыслей о Холдене Колфилде. Это явное приглашение вместе пойти в кафе.

Нужно ли мне это? Ведь у меня нет никаких мыслей об интрижке с Меган. Но мы не успели ни о чем поговорить, а ведь я именно за этим шел к ней в этот поздний час.

– Знаете, Меган, я тоже не отказался бы в такую погоду выпить чашку крепкого кофе. Можно вас называть по имени?

– Можно, ведь вы уже так назвали. Я тоже предпочла бы называть вас Роберт. Господин Линдгрен звучит слишком уж официально. У вас шведское происхождение?

– Кажется, мой прадед приплыл в Нью-Йорк из Швеции.

Потом двигался на запад, и уже мой дед осел в Орегоне. А ваши предки откуда?

– Ну, это просто. Откуда могли приехать в Штаты люди с фамилией Гривас?

– Да, понятно. Я как увидел ваш профиль, сразу подумал, что вы гречанка.

– Но мама у меня англичанка.

Болтая, дошли до кафе. Пока не спеша пили кофе, Меган пыталась выпытать у меня дополнительные впечатления о книге, но что я мог добавить? Практически ничего. Чистосердечно признался, что книга не впечатлила. Но в свою очередь начал расспрашивать о ее бизнесе.

Меня удивляло, что она целыми днями сидит в своем магазине, куда почти не заходят покупатели.

– Чем занимался дед – не знаю, он поздно женился, умер, когда отец был еще маленьким. Отец никогда не рассказывал о нем. А отец работал с детства в маленькой лавчонке близкого родственника, учился только четыре года, потом было не до учебы, но грамоту постиг самостоятельно. Был работником на все случаи жизни у одинокой старушки.