Теорема Бога

Не поверив глазам, Адриана смотрела на него, и не могла сдвинуться с места, по её щекам ручьём потекли слёзы. Лойд в этот момент уже обнимал его. Он был безумно рад, что вернулся, но выдавить слезу он из себя больше не мог. Оказалось, что дома Уолда не было неделю.

Уолдо знал, что его будут спрашивать, где он был всё это время. Когда они сели на диван, первое, что сделала Эмили, когда вытерла слёзы, это ударила со всей силой его в живот. И без лишнего сострадания, она так же сильно обняла его.

Когда Уолдо стал рассказывать, что с ним произошло ему, не поверили.

Все те люди, огромное дерево, город, этот мир, всё это казалось выдумкой. Но, когда Уолдо снял свою грязную, промокшую майку, для него, как и для всех стало шоком увидеть на спине шрамы, оставленные старейшинами.

Уолда отвели к психиатру и врачу. Но Уолдо не стал отвечать на их вопросы, так как не считал себя психом. Пусть другие и считают, что это всё ему привиделось из-за истощения, Уолдо по-прежнему считает, что история эта реальна.

На одном из приёмов врач так вывел Уолдо из себя, что его в больнице точно запомнят.

Он договорился с родителями, что они никому больше не будут говорить об этой истории. Если бы это случилось не с ним, он бы тоже не поверил. Но всё же, как-то это история просочилась и до его одноклассников, друзей, которые после стали избегать его или общаться только по нужде. С каждой неделей они всё больше отдалялись от него, пока вовсе перестали замечать, заменив его другими.

Над ним стали издеваться и подшучивать каждый день. Сделали из него изгоя, не понятно за что. Мало было сказать, что это обидно. Больше тут сыграла не сама история, а слухи, которые пошли сразу и, в которые поверили все.

После этого у Уолда что-то поломалось внутри. Он больше не смотрел на них, как на друзей, уже не отвечал на их гнилые вопросы и не смотрел в глаза. Ему было не понятно, как в детях может быть столько высокомерия, гордости, столько радости от издевательства над ним, столько бессердечия.

Сначала он относился к этому, как к шуткам, но позже он понял, что в их глазах не было искорки от шутки, лишь блеск от самодовольства.

Когда он вернулся в свой мир, его сила исчезла, пропала, и он хотел вернуть хотя бы крупицу её. Все техники он помнил, но потеряв силу, они стали бесполезны. Тренируясь, он оставлял всю злость в себе, скрывал её подальше, чтобы не обращать внимания на издёвки «друзей». И это ему очень помогало.