Я захватываю замок

Спустя несколько минут отец сказал:

– Значит, Стивен нашел работу в Четырех Камнях…

Я кивнула, а он как-то странно на меня посмотрел и спросил, нравится ли мне Стивен.

– Конечно, – ответила я, – только стихи его… смущают.

– Расскажи ему, что тебе все известно о стихах. Что они чужие, – проговорил отец. – Ты сумеешь преподнести это правильно. Подтолкни его. Пусть напишет сам, хоть плохонькое. Только держись спокойно, никаких эмоций. Лучше чуть резко.

– Вряд ли ему понравится, – заметила я.

 – Резкость он примет за высокомерие. Ты ведь знаешь о его нежных чувствах ко мне.

– Потому и нужна капля резкости, – ответил он. – Если только… Разумеется, он красив, как Аполлон… Я рад, что его интересуешь ты, а не Роуз. – Наверное, вид у меня был крайне озадаченный, потому что отец вдруг улыбнулся. – Не забивай себе голову. С твоей рассудительностью ты сделаешь верный выбор интуитивно. Нет смысла просить совета у Топаз – она лишь обрадуется: все великолепно, все естественно.

Возможно, так и есть. Кто знает, что из вас, девочки, выйдет…

Я вдруг поняла, о чем он.

– Хорошо, буду резкой. В пределах разумного, конечно.

Только отважусь ли я на такой разговор? Есть ли в нем необходимость? Увлечение Стивена ведь несерьезно, правда? Просто детская привязанность. Однако отец посеял в моей душе сомнения. Я теперь постоянно вспоминаю, каким странным голосом Стивен спрашивал меня о голоде. Тревожный знак, но… так приятно! Нет, довольно размышлений.

Подобная чепуха меня не интересует – вот для Роуз самое то. Понятно, почему отец радовался, что Стивен увлечен мной, а не ею.

Из прачечной вернулась Топаз и поставила разогреваться утюги; отец сразу сменил тему – спросил, всю ли свою одежду я перекрасила в зеленый. Я ответила, что красить особенно было нечего.

– А длинных платьев у тебя нет?

– Ни одного, – призналась я (если смотреть правде в глаза, вряд ли у меня когда-нибудь появится взрослая одежда).

 – Но школьное платье еще держится, к тому же оно очень удобное.

– Надо перешить ей что-нибудь из моих, – сказала Топаз и вновь ушла в прачечную.

Я расстроилась: вдруг отец решит, будто я упрекаю его в скудости гардероба? И, спеша сменить тему, задала наибестактнейший вопрос:

– Как работа?

На его лице появилось отрешенное выражение.

– Ты уже взрослая, чтобы верить в сказки.

Конечно, я сглупила.