Океан

Тонированное стекло водителя второй машины поползло вниз, открыв взору негодующих незнакомого человека со скорострельным пистолетом-пулеметом «Узи». Шквал огня, брызги битых стёкол и падающие гильзы, они падали на асфальт и отскакивали в разные стороны. Лицо человека с автоматом было мрачным и неподвижным.

Он вышел из машины, открыл багажник и переложил беспамятного человека в наручниках из багажника изрешёченной машины в свой. Хлопнув водительской дверью, он достал последний подарок, гранату, и бросил в салон расстрелянной машины.

Взрыв, вспышка пламени остались позади…

– Собакам – собачья смерть!

– Владимир Иванович, вы на похороны поедете?

Чесноков вздрогнул, он понял, что бессмысленно смотрит на монитор компьютера, обливающего его и всю комнату синим светом.

– А?! Да, конечно.

Он выключил компьютер и вышел из кабинета…

«Привидится же…»

Кем бы человек ни был, каким бы богатством ни обладал, был ли велик или ничтожен, ничто не может предотвратить его финал, его лишь можно отдалить или приблизить.

Финалом жизни полковника Васютина было умереть героем. Героем, вставшим на пути террористов. Тысячи добрых хвалебных слов были произнесены в его память от разных официальных высокопоставленных лиц. Длинная траурная процессия, провожающая в последний путь два закрытых гроба, военный оркестр, автоматы, направленные в небо, раскаты выстрелов от товарищей по оружию, цветы и слёзы близких…

Маликов уже имел опыт таких работ, но всё же задание выглядело странным. Скрытые съемки на похоронах.

Этим чаще занимались при гибели криминальных авторитетов. И зачем Чеснокову понадобилось заниматься этим здесь? Маликов понять не мог, но приказы не обсуждаются, и камера покорно фиксировала лица всех, кто пришел проститься с героем.

Лена.

Маликов и Карташов, молодой старлей, низкорослый, коротко стриженный и пузатый, за что нередко подвергался насмешкам коллег, ехали в синей «шестерке» к улице Первомайской:

– Сергей?

– А?

– Ну, рассказывай, чем живет ваш областной центр.

– Ну, это не столица: город с населением в пятьсот тысяч, крупный металлургический завод, криминальная обстановка соответственно. Всё кругом поделено, у всех своя крыша, это как везде. Маньяка третий год ловим. Наркотики, проституция – тоже, как и везде.

– Понятно, а ты женат?

– В разводе, – заулыбался Сергей.

– Значит свободный как ветер? И где же тут у вас холостому человеку время провести?

– Да есть места, как-нибудь покажу.