Океан

Ага.

Он уселся в машину, доставая с заднего сиденья бейсбольную биту.

– Сейчас поговорим.

– Чего там было-то? Чего ты кипишь?

– Да борзеют. Я культурно подошёл, а они сразу хамить, наезжать. Сейчас, сейчас они у меня…

К остановке подъехала «волга», и в оранжевом свете вырисовались шашечки такси.

– Ну, вот и десяти минут не прошло.… Поехали. – Чесноков грузно уселся рядом с водителем, Вяземский – сзади.

– Гостиница «Турист», – молвил Вяземский.

Волга тронулась, но не проехала и пяти метров, спереди её подрезал серебристый «БМВ», а сзади упёрлась «ауди-100».

Дёрнувшийся таксист сразу кинулся к рации:

– 555, нападение, Театральная площадь.

Шесть раз послышались хлопки дверей, и из машин повываливались плечистые ребята с какими-то предметами в руках. Таксист только успел добавить в рацию:

– Вооруженное.

Один высокий коренастый малый, в чертах лица которого читались тюркские корни, решительно направился к двери Чеснокова и стукнул в стекло:

– Вылезай.

Водитель, задрав руки вверх, кричал:

– Мужики, в чём дело, мужики?

А тем временем радиоэфир начал перенасыщаеться перебранкой.

Вылетали фразы: «буду через минуту», «три минуты максимум».

Вяземский и Чесноков вылезли из машины и встали возле дверей.

– Ренат, ты бы в… видел, как они тут борзели, – подскочил полный малый с бейсбольной битой в руках.

На Вяземского и Чеснокова смотрели три человека спереди, двое по бокам и один возле водителя, видя, что тот сильно нервничает, он небрежно крикнул в окно:

– Не ссы, таксист, сейчас поговорим, и ты поедешь.

После этих слов со всех сторон с большой скоростью начали съезжаться иномарки, и все они останавливались с резким торможением, заполняя проспект. Некоторые люди, выходившие из машин, направлялись к багажнику, извлекали монтировки и направлялись к остановке. Машины продолжали съезжаться, и люди с ключами и монтировками в руках стали брать в кольцо столпившихся людей. Такой разворот в событиях заставил братву растеряться. Первым сориентировался Ренат.

На всех машинах горели оранжевые огоньки с шашечками. Нужно было срочно действовать либо переговорами, либо угрозами, и Ренат выбрал второе:

– Эй вы, мещера хреновы, чего собрались? Жить надоело? Сейчас всех перестреляю. – Полез во внутренний карман куртки.

Но протрезвевший Чесноков понял, что это его единственный шанс, и его надо использовать. С одного удара Ренат слетел с ног, проделав в воздухе небольшой разворот. После удара он даже не шевельнулся.