Карибский кризис

Игорь вовсю полоскал пыльный провинциальный Волгоград и с таким же фанатизмом рекламировал культурную столицу. (вообще следует отметить, что он ничего не делал наполовину, и уж если за что-то брался, то делал это на 200 %).

Между тем мы продолжали вести наши дела. Я продавал оборудование, которое было получено во время строительства кардиоцентра и по каким-то причинам до сих пор не было растаможено и не поставлено на баланс. Игорь получил к нему доступ (вообще строго говоря не он, а всё та же серая лошадка – старшая операционная сестра), передавал его мне, а я уже реализовывал – разумеется, в другие регионы.

Выручку мы делили пополам.

В декабре 2000 – январе 2001 Игорь сделал решительный шаг: купил четырехкомнатную квартиру в Петербурге, в одном доме с братом, и выставил на продажу свою волгоградскую квартиру. Также, он заплатил за поступление сына в питерский ФИНЭК. Всё указывало на его скорый переезд. Он по-прежнему агитировал меня за Питер, но до сих пор не довел до моего сведения, на каких условиях меня возьмут в компанию.

Я послушно кивал в ответ, хотя ничего толком не понимал.

В один из апрельских дней 2001 года он будничным тоном (что контрастировало с пропагандой, которую он вел в течение года) поставил меня в известность, что надо вносить в дело по $40,000 и ехать работать в Питер. И что сейчас в городе находится Артур Ансимов, с ним нужно встретиться, чтобы подробно всё обсудить. Меня разбирали сомнения:

– Но мы же не показали себя в продажах, одна вшивая сделка…

На что Игорь ответил, что продажами будут заниматься Артур с Владимиром, в мои же задачи входит делопроизводство и организационные вопросы.

Заведующий кардиохирургией был тем самым человеком, который умеет заронить надежду в сердце не только воина, но и камня. И я априори соглашался со всем, что говорит мне деловой партнер.

Встреча с Артуром была коротка. Он подъехал к пиццерии «Арка» на проспекте Ленина рядом с мостом через Царицу, все вместе мы прошли вовнутрь. Там он встретил знакомых с лицами, которые нельзя показывать нервным и впечатлительным людям.

То были «офисные», недавно побывавшие в перестрелке, их до невозможности брутальные лица были испещрены шрамами и кровоподтеками, у двоих забинтованы головы. Пока он общался с бойцами, мы с Игорем успели заказать и съесть пиццу. По дороге к нашему столику Артур зацепил длинноногую девушку в мини-юбке, и вести деловой разговор при ней было не с руки. Говорили о весне, о разных молодежных делах.