Северная сторона сердца

Вечером намечалось еще два занятия: по международной мафии и преступлениям на море (международные перевозки, проверка контейнеров в портах). Амайя по-прежнему была рассеянна. Она с грустью осознавала, что все еще подавлена и не может перестать слышать в голове голос, который, как эхо, повторяет, что она совершила ошибку. То, как она представила свой доклад, выводы, сделанные относительно профиля… Амайя не слушала Дюпри, когда тот упрекал ее в дерзости, и наверняка подписала собственный приговор, осмелившись выложить все, что думает.

Теперь она понимала, что с ней играли, как кошка с мышкой. Подобно кошке, они забавлялись, поддразнивая ее порыв, ее нетерпение, а потом бросили, измученную и разочарованную. Голова ее раскалывалась от нахлынувших образов: убийства, вскрытия, фотографии, показания… Дюпри был предельно ясен. «Главное – общее дело». «Сегодня вы были инструментом». Она чувствовала себя опустошенной, как одаренный ребенок, которому родители позволяют ложиться поздно, но при этом заставляют играть для гостей на пианино.

Настало время ужина. Амайя рассеянно ковыряла вилкой в тарелке, вымученно улыбаясь соседям по столу. Она рано ушла и вернулась в номер, который делила с немецким инспектором. Сил не было совершенно, ей нужно было поспать, но мысли не переставали вертеться в голове. Амайя посмотрела на Герту, которая тихонько похрапывала, лежа на спине. Затем отложила книгу, которую взяла было в руки, и прикрыла светильник платком, полагая, что и в эту ночь не сомкнет глаз.

Через минуту она уже крепко спала.

Среди ночи ее разбудил стук в дверь, затем послышался чей-то голос, звавший ее по имени. Лампа на тумбочке по-прежнему была включена. Амайя встала, стараясь стряхнуть с себя остатки сна, и двинулась к двери, поспешно успокоив Герту, которая приоткрыла глаза.

– Спи, это ко мне.

Немка, которая собиралась что-то сказать, с облегчением вернулась ко сну. Амайя открыла дверь – и только тут поняла, что на ней нет ничего, кроме футболки и трусов.

Она высунула голову в дверной проем.

– Пойдемте со мной, – сказал стоящий в коридоре человек, не обращая ни малейшего внимания на то, что она в нижнем белье. – Специальный агент Дюпри хочет с вами поговорить.

Саласар быстро оделась.

В тишине ночи путь до кабинета Дюпри показался ей еще более запутанным, чем утром. Любые остатки сонливости покинули ее, как только лифт открылся на первом цокольном этаже. Отдел поведенческих наук явно не спал.